БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №145 > «ОТ ГЕРОЕВ БЫЛЫХ ВРЕМЕН НЕ ОСТАЛОСЬ ПОРОЙ ИМЕН...»?
В номере №145

Мигдаль Times №145
«ОТ ГЕРОЕВ БЫЛЫХ ВРЕМЕН НЕ ОСТАЛОСЬ ПОРОЙ ИМЕН...»?
Михаил ПОЙЗНЕР

О героической обороне Одессы 1941-го написано немало. Но, перефразируя видного английского историка XX века Александра Верта, автора уникальной монографии «Россия в войне 1941-1945», работы эти представляют собой в гораздо большей степени историю военных действий, чем человеческую историю.
Не затерялись ли за современным осмыслением и анализом тех или иных воинских операций реальные люди? Люди, олицетворявшие собой саму оборону Одессы. Известные и безымянные, из часа в час, изо дня в день самоотверженно делавшие свое дело, приближая Победу.
Еще об одном, на первый взгляд, незаметном труженике войны хочется напомнить.

В конце 1940-50-х гг. мой отец, Борис Григорьевич Пойзнер, работал техником одного из ЖЭКов Ворошиловского (Центрального) района Одессы. Освобожденным секретарем партийной организации райжил­управления была некая Ася Борисовна Фишман.

С малых лет имя этой женщины у меня на слуху: я встречал ее на детских утренниках, на праздничных демонстрациях. Чуть сутулясь, она шла с другими руководителями во главе колонны Ворошиловского района.

По отрывочным рассказам отца и его коллег к Асе Борисовне относились уважительно, она никогда не выделялась среди других.

Через много-много лет, интересуясь материалами по военной истории и обороне Одессы, я встретил фамилию Фишман, без указания инициалов. Мужчина это или женщина? Да и фамилия не редкая, тем более в Одессе.

Просматривая архивные документы военных лет, я обнаружил, что Фишман звали... Ася Борисовна. Мгновенно всплыли детские воспоминания...

До сих пор не укладывается в голове, что та Ася Борисовна из моего детства и есть Ася Бори­совна «из обороны Одессы».

В середине сентября 1941 г. кольцо обороны города неумолимо сжималось. После того, как Школьный аэродром, на котором базировалась наша авиация, оказался под артиллерийским огнем противника, вопрос выбора места для нового аэродрома стал как никогда актуален. Командующий Одесским оборонительным районом (далее ООР), вице-адмирал Г.В. Жуков вспоминал:

«...Огромную роль сыграла авиация как Черноморского флота, так и военно-воздушных сил Одесского оборонительного района. Летчики являли чудеса самоотверженности не только в воздухе, но и на земле... Они буквально не имели передышки. К тому же посадочные площадки находились беспрерывно под обстрелом авиации и артиллерии противника. До того дошло даже, что мы вынуждены были всерьез заняться изысканием площадки для посадки наших самолетов на одной из улиц Одессы, где противнику было бы труднее достать нашу авиацию».

Удивительно, но в многочисленных публикациях 40-60-х гг. Об этом новом аэродроме не сказано ни слова, хотя в уникальном мате­риале, изданном в 1943 г. (!), А.Ф. Хренову – одному из основных его создателей, посвящена отдельная глава.

Где же располагался новый аэродром? Кто и как его строил?!

Споры об этом не умолкают до сих пор. Дос­та­точно хотя бы посмотреть интернет-ресурс «Цусимские форумы» (обсуждение немецкой аэрофотосъемки района, дислокация аэродрома Чубаевка и др.).

А.Ф. Хренов, генерал-майор, Герой Со­вет­ского Союза, помощник командующего ООР:

«...Около 6-й станции Большого Фонтана мы свернули с дороги вправо и остановили машину. Здесь раскинулся небольшой пустырь, окруженный обезлюдевшими дачными домиками, густым кустарником и узловатыми старыми деревьями. Место было неприметное. Правда, пустырь оказался в буграх и рытвинах, что потребовало бы дополнительных затрат труда при устройстве летного поля. Но рассчитывать на что-либо лучшее не приходилось. ...Трудоемкость задания и очень сжатые сроки – вот что вызывало озабоченность. Я тут же приказал осмотреть заброшенные дачи и дома отдыха в районе будущего аэродрома – именно там следовало разместить строителей, чтобы избежать потерь драгоценного времени на их ежедневную доставку к месту работы. Там же надо было размесить и кухни, дабы обеспечить людей горячим питанием».

Понятно, что противник легко мог обнаружить с воздуха скопление большого количества людей и развернутое строительство. По предложению того же А.Ф. Хренова, было решено практически одновременно приступить к строительству ложного аэродрома – в районе Стрельбищного поля (сегодня это, наверное, где-то в пределах улиц Гайдара – Комарова, Филатова – 25-й Чапаевской дивизии).

Новый аэродром (включая взлетную площадку длиной 1500 м и шириной до 40 м) построили за 7 дней (!), ложный – за 5 (!). Как утверждал А.Ф. Хренов:

«...Мы добились главного – ложный аэродром не раз подвергался бомбежкам и артобстрелам, а на боевой не упало ни одной бомбы».

(0)

А.Т. Череватенко, летчик 69-го истребительного авиаполка, Герой Советского Союза:

«...В штабе оборонительного района был поставлен вопрос о дальнейшей работе истребительного полка. Передислоцироваться нам некуда, но и летать дальше в таких условиях нет возможности: едва взлетаешь с аэродрома, как сразу же попадаешь под зенитный обстрел... Минуло еще два дня налетов и обстрелов. И тут поступил приказ: переселяться на другую ”квартиру”.
...Вот оно, наше новое жилье. Делаем один круг и сразу идем на снижение. Шасси коснулось твердого грунта, машину подбросило, и она побежала вдоль низких домиков, покосившихся деревянных строений... Для маскировки лучшего места, пожалуй, и не сыскать. Разумеется, если мы будем достаточно осторожны и не демаскируем себя. Самолеты удачно спрятаны между домиками в гуще садов. Они незаметны даже с малой высоты. Но взлетная полоса все же коротковата... (взлет и посадка осуществлялись только в одном направлении – М.П.)
...Освоили мы новый аэродром быстро. Взле­тали и садились, заботясь об одном: как бы не засек вражеский разведчик, весь день шнырявший в поисках так внезапно исчезнувшего авиа­полка... Новое место дислокации оказалось недосягаемым и для вражеской артиллерии. Первое время, во всяком случае. Объяснялось это еще и тем, что на старых взлетных площадках были расставлены фанерные макеты наших машин. Туда и направили артиллеристы всю мощь своего огня. Прошло довольно много времени, прежде чем фашисты поняли, что палили, как в той пословице говорится, ”из пушек по воробьям”»
.

О новом аэродроме упомянул и Н.И. Крылов – начальник штаба Приморской армии в период обороны Одессы.

Непосредственное участие в решении вопроса о строительстве нового и ложного аэродромов приняли: Б.П. Давиденко – председатель гор­исполкома, Н.П. Гуревич – секретарь горкома, Г.В. Жуков – командующий ООР, И.И. Азаров – член военного совета ООР, А.Ф. Хренов – помощник командующего ООР по оборонительному строительству, Г.Д. Шишенин – начальник штаба ООР, В.П. Катров – зам. командующего ООР по военно-воздушным силам, Фришман – помощник А.Ф. Хренова по строительству, Г.П. Кедринский – начальник инженерных войск, Еремин, Немировский, Цигуров – инженеры, Н.Я. Кобельков – представитель 69-го истребительного авиаполка.

Для строительства обоих аэродромов были мобилизованы порядка 20 тысяч женщин, из них около 18 тысяч строили новый аэродром. Строили под непрерывными бомбежками, не считаясь с жертвами...

Горисполком тогда решил премировать отличившихся на строительстве. Каждому участнику работ было вручено удостоверение с текстом:

«Одесский горком КП(б)У и исполком городского Совета депутатов трудящихся выносят Вам благодарность за участие в специальном строительстве по укреплению обороны города Одессы».

Увы, сейчас многие забыты. История, однако, сохранила несколько фамилий особо отличившихся из 20 тысяч: Валентина Радзиевская – бухгалтер, Полина Билахова – секретарь комсомольской организации табачной фабрики, Паша Аверьянова – секретарь комсомольской организации фабрики им. Крупской, Мария Кравчук – председатель женсовета завода «Фрегат», и многие, многие другие.

К сожалению, кроме сведений, приведенных в воспоминаниях А.Ф. Хренова, И.И. Азарова, А.Т. Чере­ватенко и Н.И. Крылова, никаких дополнительных данных об этих аэродромах и, собственно, о людях, в современных изданиях практически нет.

В разных источниках не совсем точно указано местоположение нового аэродрома. Так, например, в воспоминаниях Н.И. Крылова читаем: «...это был продолговатый пустырь среди обез­людевших дач в Чубаевке – в районе 4-й станции Большого Фонтана».

Точное местоположение нового аэродрома указано непосредственным участником боевых вылетов, летчиком А.Т. Череватенко:

«...Мы жили в своем закутке между пятой станцией Большого Фонтана и первой станцией Черноморской дороги. Сейчас здесь разросся город с широкими улицами, площадями, высокими домами, а в 41-м это была городская окраина».

Сегодня это Адмиральский проспект!

Адмиральский проспект. 1956 г.
(0)

Также мало кому известно, что после войны Адмиральский проспект (сейчас возвращено прежнее название – вместо проспекта Патриса Лумумбы) предполагалось использовать как запасной военный аэродром. Тогда «играли» по правилам эпохи холодной войны. Очевидно, в этой связи район застраивался строго по обе стороны старой взлетно-посадочной полосы (предположительно, от нынешней ул. Судостроительной до 1-й станции Люстдорфской дороги) только двухэтажными домами (Поселок судоремонтников). Может, и поэтому долгие годы Адмиральский проспект не засаживали деревьями, тополя и платаны были высажены гораздо позже...

Вот почему в литературе 40-60-х гг. по обороне Одессы об этом аэродроме особо не распространялись. Более того, в 1962 г., в первом издании воспоминаний вице-адмирала И.И. Азарова, о новом аэродроме лишь упомянуто вскользь. Акцент перенесен на строительство артезианских колодцев, уличных баррикад и противотанковых рвов. Даже в 1970 г., в основательной подборке материалов по обороне, оккупации и освобождению Одесской области, об этом аэро­дроме – ни слова.

Увы, сегодня в Одессе уже нет никого из ветеранов 69-го истребительного авиаполка. Многие погибли, их именами названы наши улицы (Асташкина, Куницы, Маланова, Топольского, Шестакова, Шилова). Иных не пощадило время...

Все же, при желании, в Одессе еще есть с кем поговорить на эту тему.

А.А. Бирюков (1929 г.р.) – генерал-лейтенант, бывший командующий 5-й Воздушной армией:

«...Аэродром находился на бывшем проспекте Патриса Лумумбы. Платаны росли по бокам, вдоль взлетной полосы. Те платаны, как мне рассказывали, сажали сами авиаторы...»

Я.М. Совит (1923 г.р.) – полковник, военный летчик:

«...В 41-м я еще доучивался в Одесской военно-авиационной школе. Летали на И-15. Наша база располагалась под Одессой, в Выгоде. Штаб – в Ульяновке, теперь это в черте города.

Немногие знали, что где-то в самой Одессе был аэродром. Оттуда к нам в Выгоду прилетали летные инструкторы. Но где именно этот аэродром, никто не знал.

Только после войны стало известно, что он был на месте огородов, посреди дачных строений. Теперь это Адмиральский проспект. Кстати, ребята Шестакова (командир 69-го истребительного авиаполка – М.П.) уже летали на И-16...»

Новый аэродром «прослужил» с середины сентября до 15 октября 1941 г. – до последнего дня обороны города. Не такой уж продолжительный период, но если задуматься, пока героические летчики 69-го истребительного авиаполка держали «воздушный щит» над Одессой, скольким удалось эвакуироваться морем (с 13 августа город оказался в окружении с суши, для сообщения с Одессой остались только пути по воздуху и морю), сколько спасено обычных граждан, раненых, военной техники, заводского оборудования и городских ценностей! А сколько зданий и сооружений города уберегли от варварских бомбежек!

Комиссаром и душой строительства нового и ложного аэродромов была Ася Борисовна Фишман – секретарь Одесского горисполкома.

Что мы сегодня знаем об этой женщине? И мало, и много знаем...

Ася Борисовна (Хася Берковна) Фишман родилась в 1905 г. в Одессе. Биография обычная для людей ее поколения. В 1938 г. она писала:

«...Я начала работать с 1920 года. Работала работницей на спичечной фабрике. С 1924 года – на Сахарном заводе им. Благоева. На Сахарном заводе вступила в 1924 году в комсомол, в 1927 году была принята в кандидаты партии и через шесть месяцев – в 1928 году – была переведена в действительные члены партии. Бюро комсомольского коллектива и общее комсомольское собрание Сахарного завода выдвинули меня в райком комсомола. Я работала сначала зав. райдетбюро Ленинского комсомола, а затем экономотделом. Затем была послана комсомольской организацией на партийную работу. Я работала агитмассом, а затем секретарем партийного комитета на Канатном заводе. С 1932 по 1934 потом была переброшена на ГПК секретарем партийного комитета шапочной фабрики, затем Сталинским РПК была переброшена секретарем партийного комитета на швейную фабрику. До Канатного завода я еще работала на игрушечной фабрике агитмассом и зав. хозяйством.
В 1935 году по постановлению ЦК ВКП(б) организовываются отделы партийных кадров при РПК. Горком партии в 1935 году вызвал около 20 секретарей крупных предприятий, имеющих опыт партийной работы, и отобрал на работу в отдел партийных кадров. Нас утверждали всех на Бюро обкома партии. И таким образом я начала работать в Горпарткоме. Я была прикреплена к Ворошиловскому РПК. ...Затем я была переброшена для обслуживания как инструктор ГПК в Водно-транспортный РПК, проработала до 5 сентября 1937 года... С января 1938 года – зав. орготделом Горсовета...»

Не минула Асю Борисовну и так называемая «чистка партии», в том числе с выяснением социального происхождения родителей (а не имел ли ее отец Борис Исаакович собственной хлебной конторы?).

Для начала против А.Б. Фишман было возбуждено дело №556 и объявлен выговор «за притупление большевистской бдительности, выразившееся в не разоблачении врага народа Исакович». Для того смутного времени обвинение более чем серьезное. С выводами – вплоть до исключения из партии. Часто с последующим арестом... К счастью, разобрались:

«Решение бюро горкома КП(б)У от 24.01.38 г. о вынесении тов. Фишман выговора отменить, как неправильное».

А дальше была война...

Приведу уникальный документ из моего собрания: «Разрешение №781», на право хранения и ношения личного оружия, выданное Асе Борисовне Фишман 16 августа 1941 г. Видимо, решение не таких уж рядовых задач поручалось ей в период обороны Одессы.

Это она заявила, что мужчины должны воевать, а строить аэродром будут женщины. Это она взяла на себя урегулирование отношений с местными жителями – без использования силы. Нельзя забывать, что на месте будущего аэродрома находились огороды, и далеко не все понимали важность этого строительства.

Это благодаря ее настойчивости и решительности успешно эвакуировались тысячи людей и десятки одесских предприятий, хотя в военных сводках обходились стандартными фразами: «Эвакуация произошла организованно. Сохранен личный состав и вывезена материальная часть». Сама же Ася Борисовна покинула Одессу одной из последних.

Вот официальная характеристика на А.Б. Фиш­ман. Скупые строки:

ФИШМАН Ася Борисовна, член ВКП(б), заместитель председателя Одесского Горисполкома.

Тов. А.Б. ФИШМАН выполняя разнообразнейшую оперативную работу в период военных действий, показала себя смелым и энергичным работником.

Тов. А.Б. ФИШМАН поручались важнейшие участки работы, как мобилизация женщин и организация их труда на строительстве аэродрома, питание на далеких участках строительства рубежей, проведение агитационно-массовой работы в домах, организация выезда эвакуируемого населения и др.

Умение довести порученную ей работу до конца и в указанные сроки – основная черта в работе т. ФИШМАН.
Тов. ФИШМАН самоотверженно работала на своем посту до конца осады и эвакуировалась с частями Красной Армии, после приказа Главного Командования.
Достойна представления к правительственной награде.

СЕКРЕТАРЬ ОДЕССКОГО ОБКОМА КПбУ
/Колыбанов/

Акцентирую внимание: «...выполняя разнообразнейшую оперативную работу... показала себя смелым и энергичным работником».

Нашла ли награда героя? Сомневаюсь...

И все же настолько были значительны заслуги А.Б. Фишман, что в «Докладе о работе КП(б) Украины за период с 25.XIII по 1 октября 1941 г.» (гриф «Совершенно секретно») секретаря Одесского обкома КП(б) Украины А.Г. Колы­банова, адресованном Сталину, Мо­ло­тову, Хрущеву, Бурмистенко, в разделе №7 «Коммунисты и комсомольцы в борьбе за неприступную оборону» отдельно отмечено «строительство новых запасных и ложных аэродромов силами населения», а в разделе «Организаторы обороны Одессы» среди особо отличившихся указано: «секретарь исполкома горсовета Фишман».

Смею заверить, что в таких «докладах», да еще на высочайшее имя, просто так никого не упоминали.

Ася Борисовна вспоминала позже о строительстве нового и ложного аэродромов:

«...Командир эскадрильи капитан Аггей Ело­хин тогда сказал: "В ноги женщинам будем кланяться после войны, на руках носить..."»

Никто никого после войны на руках не носил. Забыли... Забыли и Асю Борисовну.

Возвратившись после эвакуации в Одессу, она какое-то время была одним из заместителей председателя горисполкома. Муж ее – Наум Павлович Гуревич в период обороны Одессы был секретарем Одесского горкома партии, а после войны – первым секретарем Воднотранспортного райкома партии. С конца 40-х Ася Борисовна – в Ворошиловском райисполкоме. Ее кабинет находился на ул. Толстого, 7. По некоторым данным, она работала до начала 70-х годов. Да как работала! Вступала в схватку с партийными чиновниками, прикрывая коммунистов и беспартийных в пору пресловутой борьбы с космополитами. Выбивала квартиры для семей погибших, инвалидов войны, матерей-одиночек. Буквально «с боем» вселяла в занятые квартиры тех, кто вернулся после эвакуации. А таких были десятки тысяч. Помогала в розыске пропавших без вести, добывала хлебные карточки для детей. Любой ценой...

Одесса, 1954 г. Райжилуправление Центрального района. Первый ряд, вторая слева - А.Б. Фишман; второй ряд, крайний справа - Б.Г. Пойзнер
(0)

Я много лет искал фотографию Аси Борисовны. И вот, как-то просматривая наш семейный альбом, внезапно наткнулся на две фотографии

1954-55 годов. На одной из них – Ася Борисовна среди работников ЖЭКа, на другой – с коллегами на маевке в Лузановке. И на фотографии – я рядом с ней! Вот такая ирония одесской жизни...

Одесса, Лузановка, май 1955 г. Слева направо: первый ряд, первый - М.Б. Пойзнер; шестая - А.Б. Фишман; второй ряд, третий - Б.Г. Пойзнер
(0)

И еще один немаловажный факт.

«Разрешение (временная квитанция №919 от 1 октября 1941 г.)» на право хранения и ношения личного оружия было выдано и Татьяне Борисовне Фишман – родной сестре Аси Борисовны, активному участнику обороны Одессы. Где именно она была задействована, сейчас установить сложно. «Отчет» о жизни Татьяны Борисовны уместился в нескольких строчках.
Родилась в 1902 г. Член партии с 1928 г. В 1920-1924 гг. – делопроизводитель окружного комитета партии, 1924-1941 гг. – на партийной работе. Принимала самое деятельное участие в становлении Общества авиации и воздухоплавания Украины и Крыма (ОАВУК). Награждена медалью «За оборону Одессы».
С октября 1941 по май 1945 гг. – в Ташкенте, начальник курсов по подготовке медсестер для Крас­ной Армии, Зав. парткабинетом Фрунзенского райкома партии.
С мая 1945 по январь 1962 гг. – пропагандист Ленинского райкома партии г. Одессы, инспектор райсобеса Приморского района. На пенсии с января 1962 г.
Так что война для сестер Фишман была делом семейным... Как и для многих-многих других.
Замечу, что в мае 1967 г. Приморским райкомом партии г. Одессы Татьяна Борисовна Фишман была представлена к награждению орденом (очевидно, орденом «Знак почета»). Однако на наградном листе чиновничьей рукой наложена резолюция: «Представлять к ордену оснований не усматриваю». Подпись – неразборчива. И чуть ниже, другой такой же безразличной рукой, в графе «Представляется к награждению», выведено: «Медалью «Трудовое отличие». Подпись – неразборчива. Как, наверное, и жизни тех, кто подписывал...

Ну, и на том спасибо. 1967 год, из-за стремительно разворачивающихся событий на Ближнем Востоке, не самое лучшее время для награждения лиц с такими «сложными» фамилиями. Тут ни убавить, ни прибавить. Было...

А сегодня хоть кто-то помнит Асю Борисовну и Татьяну Борисовну Фишман?

Все же я отыскал такого человека.

Юрий Иванович Шендровский – полковник в отставке, участник боевых действий:

«...Я поселился на Канатной, 84, в квартире напротив, кажется, в 78-м году. Фишманы жили здесь большой дружной семьей – Ася Борисовна, ее сестра Татьяна Борисовна, Жанна – дочь Аси Борисовны, внучка с мужем Гришей и их сын Сашка.
Асю Борисовну я застал уже тяжело больной... Не уверен, но она умерла, наверное, в году 86-87-м. А Татьяна Борисовна еще долго прожила.
Вообще, Ася и Татьяна были старыми партийцами, настоящими коммунистами старой закалки. Вели довольно замкнутый образ жизни, с соседями не очень-то контактировали. Никогда о своих заслугах не говорили.
Помню, как-то Жанна, дочь Аси Борисовны, недоумевала. У них в квартире «полетел» «Титан». Заменить этот «Титан» никто не спешил. Жанна безрезультатно бегала по ЖЭКам... Потом попросила Татьяну Борисовну, чтобы та обратилась за помощью в горком партии. Может, учтут ее партийные заслуги и прочее? Татьяна Борисовна отрезала: «Я никогда ни у кого ничего не просила, никогда не жаловалась. Прикрываться партией и сейчас не буду...» Мол, разговор окончен.
Изредка, очень изредка, на праздники, например, на 9 мая, сестры надевали награды, особенно Татьяна Борисовна. Не помню, были ли у них ордена. Ну и, понятно, медали «За оборону Одессы» были.
Лет так 7-8 назад на Дерибасовской столк­нулся с внуком Жанны – Сашкой. Сашка же вырос буквально у меня на руках! Он сильно возмужал. Я поинтересовался, что у них и как. Тогда всем жилось нелегко. Даже переспросил: "Может, поедете в Израиль или там в Америку?" Сашка усмехнулся: "Да нет, не поедем... У нас там никого нет. И к тому же мы одесситы"»
.

Остается добавить, что по старому одесскому адресу – ул. Канатная, 84, кв. 4 – сегодняшние жильцы и соседи понятия не имеют о фамилии Фишман. Как будто ничего и не было. След простыл...

Памятник летчикам 69-го истребительного авиаполка, установленный в Одессе, на 5-й станции Большого Фонтана, напоминает о тревожных и мужественных днях осажденного города. Очень хочется верить, что «помнит мир спасенный» то грозное время, что не все и не всё забыто в Одессе.

Глядя на сегодняшний Адмиральский проспект, я представляю героических летчиков и самолеты, настороженные лица женщин-строителей нового аэродрома, фронтовые письма-треуголки, похоронки, хлебные карточки и талоны на воду. Перед глазами – эта дорога жизни и смерти, эта взлетная полоса в бессмертие.

Незаметные рабочие той страшной войны – те, кому мы обязаны цветущей Одессой, счастьем обыденного, детским смехом, гордостью человеческой. И среди тысяч других – обыкновенная и поразительная, самоотверженная и благородная Ася Борисовна Фишман.

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
0
Интересно, хорошо написано

  Отправить ссылку друзьям

Главная > Мигдаль Times > №145 > «ОТ ГЕРОЕВ БЫЛЫХ ВРЕМЕН НЕ ОСТАЛОСЬ ПОРОЙ ИМЕН...»?
  Замечания/предложения
по работе сайта


2018-01-19 07:43:57
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua
Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Всемирный клуб одесситов Журнал "Спектр"