БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Форум > ДЕЛО №4882
Разделы

Мигдаль Times №87
ДЕЛО №4882
Колман ТУРИЙ

В музей истории евреев Одессы этим летом пришел одессит, а ныне житель Нью-Йорка Колман Турий, и пообещал прислать уникальные материалы о своем отце. Во времена, когда рушился Советский Союз, ему удалось добыть из архива КГБ «Дело» отца и снять копию с обвинительного заключения.
Эти и другие документы вместе со статьей, написанной К. Турием для «Русского базара», уже находятся в нашем музее.

«Времена срастаются, и очень важно помнить об этом. Осмысливая современность, надо возвращаться по следу. Надо понимать, откуда взялись "Майн кампф" и "Протоколы сионских мудрецов", которыми торгуют сегодня в прихожих московских шовинистических сходок. Надо осмысливать трагический опыт прошлого, размышляя над ужасом нашего сегодня. Когда мы говорим о преступлениях фашизма и, в частности, о гитлеровской политике уничтожения евреев, мы все-таки осознаем зло, пришедшее извне. Как страшно, что топор насилия может быть занесен над головой той или другой нации в границах одной страны. Это беда, что из страны уходят, эмигрируют сотни тысяч людей. Можно, конечно, проклинать их вдогонку, но надо бы задуматься, почему это продолжается столько десятилетий подряд. Давайте все передумывать сначала».

Этим абзацем Юрий Гаврилов предваряет свою статью «Трагедия ухода от родины», которая была напечатана в «Огоньке», когда еще редактором знаменитого журнала был Виталий Коротич. В ней – попытка дать ответ на вопрос: «Почему евреи уехали из СССР и продолжают уезжать из России?»

«Евреи, конечно, уедут. Одни – с радостью, другие – с горечью, третьи – с отчаянием. Уедут те, кто твердо знает, что надо уехать, и те, кто твердо знает, что надо остаться. Те немногие, что и впрямь останутся, не изменят общей картины исхода. Все уедут, и не от страха – от унижения... Уедут евреи и полукровки, и квартероны, и кто не записан, и породненные, и чисто русские, и чисто-чисто-чисто русские, так до конца и не осознавшие всех преимуществ своей чистоты, но не вынесшие своего ли, чужого ли унижения и позора».

Почему уехали и продолжают уезжать? Много причин. Желание пожить достойно, обеспечить будущее детям и внукам, скрыться навсегда от косых взглядов и постоянно сопровождавшего шипения «Жиды проклятые!». Уехали от бесперспективности жизни и из-за нежелания тупо смотреть на вакханалию, которую власть предержащие цинично назвали «демократизацией». Поскорее уехать подсказала генетическая память. Когда на улицу высыпают вчерашние пэтэушники, сменившие спецовки на фашистские униформы, и начинают неистово кричать «Бей жидов – спасай Россию!», то она, генетическая память, вдруг воскрешает страшные картины погромов и фашистские концлагеря.

«Совершенно очевидно, что борьба с евреями – это борьба с нами, русскими, с Россией и русской культурой.

Русско-еврейское культурное взаимопрорастание в музыке, поэзии, живописи, в науке носит сокровенный характер, и есть неразложимая на рациональные понятия трансцендентальная сущность; вычленить "еврейское" из "русского" на протяжении последнего века невозможно: совсем немыслимо это разорвать – так казалось еще совсем недавно...»

Это тоже из статьи Ю. Гаврилова. Очень сильная статья. В ней много ответов, но еще больше вопросов. И один из них: «А, может, уезжают не только потому, что генетическая память воскрешает картины еврейских погромов в дореволюционной Российской империи, но и потому, что на своей собственной шкуре испытало нынешнее поколение евреев, что такое государственный антисемитизм уже в империи Советской?»

В царской России евреев уничтожали черная сотня и бандиты-погромщики, в Советском Союзе это делала мощная карательная машина системы. Еще живы люди, которые помнят, как органы воплощали в жизнь сталинский антисионистский план. Еще живы свидетели процессов по всей необъятной стране советов, на которых давали срока огромные «сионистским заговорщикам» и «членам подпольных антисоветских еврейских центров». Сначала контора Николая Ежова, а затем Лаврентия Берии клепала сценарии «разоблачений» с огромной скоростью. И тянулись в сибирские и мордовские лагеря цепочки зеков-«сионистов».

Немногие сейчас помнят анекдот сталинских времен:

– За что сидишь?

– Ни за что.

– А сколько тебе дали?

– Десять лет. А тебе?

– А мне двенадцать, и тоже ни за что.

– Врешь. Ни за что только десять дают.

Веселенький анекдот, увы, соответствовал тогдашней действительности. Получивших и отсидевших «ни за что» 10 лет было в той стране множество. Достаточно много было и тех, кто выдержал такой срок дважды. Значительно реже, но все же попадались «рецидивисты», отбывшие «ни за что» три срока. Такая участь выпала на долю моего отца, скромного бухгалтера, интересовавшегося еврейской историей и литературой, Абрама Иосифовича Турия.

«В Управление МГБ по Одесской области поступили материалы о том, что на территории г. Одессы существует нелегальная антисоветская националистическая организация сионистского направления, участники которой проводят нелегальные сборища и обсуждают на них вопросы антисоветской работы и деятельности организации по части подготовки еврейского населения к эмиграции из Советского Союза в государство Израиль...»

Гирш Турий
(0)

Родословная нашей семьи восходит к знаменитому Баал-Шем Тову. Семья жила в местечке Тетиев под Киевом. В смутные годы гражданской войны дядя моего отца Гирш Турий стал организатором и командиром еврейской самообороны. Городок долгое время успешно оборонялся и от белых, и от красных, и от зеленых, и от прочих банд всевозможных мастей. Благодаря этому фотография Гирша Турия попала в книгу об истории еврейских погромов на Украине, изданную в СССР в 20-е годы. Впоследствии эта книга лежала за семью замками в спецхранах советских библиотек и подсказывала органам, кого именно надо объявлять «врагом народа».

Увидеть ее мне удалось лишь в Нью-Йорке в Иво-Институте1. Фотографию Гирша Турия многократно перепечатывали во многих статьях о еврейских погромах.

Историк местечка Тетиев Стивен Рот, живущий в штате Иллинойс, подтвердил, что в 1920 году петлюровцы штурмом взяли Тетиев. Гирш и его соратники были убиты, а озверевшие бандиты вырезали почти половину гражданского населения местечка. Оставшиеся в живых бежали кто куда. Часть из них сумела добраться до Америки.

В Кливленде, где сегодня живет большинство потомков тех тетиевцев, что бегством спаслись от смерти, и сейчас стоит Тетиевская синагога, но еврейская история самого Тетиева на том страшном погроме 1920 года закончилась.

Брату Гирша Янкель-Иосифу с семьей удалось найти приют в Одессе. В начале 20-х годов его сын Абрам вступил в абсолютно легальную еврейскую организацию «Правый Гехалуц» и стал лидером кружка еврейской молодежи. Его лекции по еврейской истории и литературе слушались с большим интересом, о чем впоследствии ему напомнят офицеры МГБ по Одесской области.

Сыльные сионисты
(четвертый слева — Абрам Турий),
Архангельск, 1930 г.
(0)

«Обвиняемый Турий А.И., проживая в г. Одессе, добровольно вступил в антисоветскую сионистскую организацию "Правый Гехалуц". Будучи участником, посещал нелегальные сборища организации, на которых изучал сионистское движение, еврейскую литературу, обсуждал вопросы о подготовке евреев к выезду в Палестину и лично сам читал лекции об истории еврейской литературы...»

Кружок был очень популярен в Одессе и за ее пределами. Но времена начали меняться к худшему. Изучать историю и литературу своего народа с некоторых пор по логике ВКП(б) и ГПУ означало «заниматься антисоветской деятельностью». Всех кружковцев арестовали и этапировали из города на берегу Черного моря в «зону» на берегу моря Белого.

«В октябре 1929 года за участие в сионистской организации Абрам Турий Одесским орготделом ГПУ был арестован и 20 февраля 1930 года Особым совещанием при Коллегии ГПУ УССР был осужден к высылке в Северный край сроком на три года...»

В спецлагерях под Архангельском, а позднее в Сыктывкаре, отец с друзьями отбывает свой первый срок. Молодые люди надеялись, что после лагерей им, как это бывало прежде, разрешат выехать в Палестину. Но их группа была первой, получившей отказ. За желание выехать в Палестину отца и его друзей отправили в ссылку, которую в то время называли «минус двенадцать»: сосланным запрещалось жить в двенадцати самых крупных городах Советского Союза.

Отец избирает местом жительства город Владимир, ставший в то время прибежищем для многих ссыльных «сионистов». Дважды в неделю они должны были отмечаться в органах. Под неусыпным надзором, бесправные, они все-таки жили, мечтали, надеялись. Но в день убийства Кирова отец произнес: «Теперь нам не жить».

Ожидание беды было недолгим. В том страшном 1937-м отца арестовали и после жестоких побоев и пыток объявили «врагом народа», присудив ему нормированную десятку.

«За контрреволюционную деятельность 14 октября 1937 года Владимирским горотделом НКВД Турий был арестован и 9 февраля 1938 года осужден к 10 годам исправительно-трудовых лагерей...»

Сперва был Беломорско-Балтийский канал, а с наступлением войны заключенных в холодных «теплушках», иногда и пешком, погнали в Красноярский край. Условия этапирования были такими, что большинство зеков нашли свою смерть еще в дороге. Но отец выжил. И когда кончилась война, «враг народа» возвращается в Одессу и воссоединяется с чудом выжившей семьей.

Измученный сталинскими вертухаями, он застает в родном городе пепелище: его родителей, в числе десятков тысяч других не сумевших эвакуироваться одесских евреев, фашисты расстреляли. Единственное, что мог он сделать, – помянуть замученных и попытаться поставить им памятник. В Одессе самоорганизуется инициативная группа по сбору средств на возведение памятника злодейски убиенным одесским евреям. Отец – в числе активистов по сооружению монумента.

Но Сталин не унимался. В Москве разгоняют и расстреливают Еврейский антифашистский комитет, и круги начинают расходиться по всей стране. Гэбэшники повсюду начинают раскрывать «еврейские заговоры». Одесское управление МГБ не утруждало себя придумыванием «еврейского антисоветского подполья». Инициативная группа по сооружению памятника замученным в Одессе евреям была объявлена «Еврейским национальным союзом».

«Обвиняется Турий Абрам Иосифович в том, что с 1922 г. являлся участником антисоветской националистической организации "Правый Гехалуц", в составе которой проводил активную антисоветскую националистическую работу. В 1932 году, находясь в ссылке и проживая после отбытия наказания в г. Владимире, проводил активную контрреволюционную деятельность, возводил клевету на политику ВКП(б) и Советского правительства, а также клеветал на вождя советского народа и оправдывал контрреволюционную деятельность врагов народа Каменева, Пятакова и Зиновьева. В ноябре 1947 года установил связь со старым сионистом Купфером Ароном и высказывал свои антисоветские националистические убеждения на сходках Еврейского национального союза...»

Когда я читал в архиве КГБ обвинительное заключение по делу №4882, то все время хотел ущипнуть себя для осознания реальности. Вся вина отца и его «подельников» заключалась в том, что они «собирались», «вели разговоры», «пытались встретиться». Если бы они не встречались и не разговаривали друг с другом, гэбисты инкриминировали бы им, наверное, что они «мысленно осуждали советский строй», «мечтали уехать из СССР».

На процессе 1950 года отцу опять поставили в вину «чтение лекций по истории еврейской литературы», за что он уже отсидел два срока. Бедный следователь, который вел дело отца, так ничего и не смог «накопать», кроме «встречались», «разговаривали», а потому смущенно попросил во время судебного заседания установить срок наказания Абраму Иосифовичу Турию – два года лагерей. Но «самый гуманный суд в мире» таких разнарядок для «сионистов» не получал. И отец получает очередную десятку.

Последнюю отсидку в мордовских лагерях отец всегда вспоминал с содроганием. Сталинские лагеря отличались от гитлеровских только отсутствием в них газовых камер. Человека здесь система пыталась превратить в раздавленного червя. И превращала.

Отец снова выжил. Хотя возвратился из последней «ходки» инвалидом. В его дом снова приходили «встречаться» и «разговаривать» евреи. И снова гэбэшники внимательно следили за «сионистом» Турием. Хотя к тому времени он превратился уже в человека с ограниченной подвижностью, и друзья приходили просто проведать больного.

Он так и не пожил почеловечески. Тюрьмы, лагеря, побои, холод и голод сделали свое дело. Отец умер, так и не осуществив мечту – вырваться хотя бы на старости лет из страшной тюрьмы народов на свободу. Это удалось сделать лишь его детям и внукам. И как память об отце и дедушке, его искалеченной жизни и страданиях бережем мы бездушные бумажки, скупые, казенные слова о реабилитации, которыми система отмахивалась от своих невинных жертв и их потомков.

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+15
Интересно, хорошо написано

1YIVO — Institute for Jewish Research

  Отправить ссылку друзьям

Главная > Мигдаль Times > №87
  Замечания/предложения
по работе сайта


2018-08-22 01:15:01
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua
Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Dr. NONA Всемирный клуб одесситов