БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №146 > ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ
В номере №146

Мигдаль Times №146
ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ
Инна КАЦ

Ложечка из кафе Фанкони, чугунные утюги и вся история евреев Одессы через призму семьи.

Есть в Одессе необычный музей – Музей истории евреев Одессы «Мигдаль-Шорашим». Необычный прежде всего потому, что трудно определиться с его статусом. Он не государственный и не частный. И возник не по приказу начальства и не по пожеланию частного лица – коллекционера-дарителя, а из идеи, витавшей в воздухе. Этот музей возник, когда несколько человек – совершенно разных – вдруг задумались: почему в Одессе нет еврейского музея? При том, что наш город всегда считался, да и сейчас считается «самым еврейским» на всем постсоветском пространстве.

«Еврейский миф» Одессы основывается не только на сухой статистике1, но и на роли в мировой культуре и истории одесситов-евреев.

Вместе с тем единственный еврейский музей, как рассказывает куратор «Мигдаль-Шорашим» Михаил Рашковецкий, в Одессе был создан в 1927 г., к 10-летию Октября. Он носил имя Менделя Мойхер-Сфорима. Музей просуществовал до 1935 г., снова был открыт в 1940-м и практически без следа исчез во время оккупации Одессы румынами в годы Великой Отечественной войны.

Задумавшись о необходимости создания еврейского музея в Одессе, Рашковецкий пошел на экскурсию в краеведческий музей. Почти за час экскурсовод ни разу не произнесла слово «евреи». Этого народа будто бы и не было в Одессе. Никогда не жили здесь крупные промышленники и торговцы, известные ученые, писатели, художники, политики, определившие лицо целой эпохи.

– Конечно, Одесса – мультикультурный город. Но попробуйте изъять из борща, например, буряк. Что это будет за борщ? – Михаил до сих пор ведет спор с некоторыми представителями «одесской интеллигенции», скептически относящимися к идее еврейского музея в нашем городе.

В 2000 г. Михаил, искусствовед и профессиональный музейщик, оставил работу в одесском Центре современного искусства, перешел в одесский офис «Джойнта» координатором еврейских музейных программ Юга Украины и начал формировать экспозицию будущего музея, для которого на тот момент не было ни концепции, ни – самое главное – помещения. Было только четкое понимание того, что это должен быть музей всех евреев, независимо от того, к какой общине они относятся и в какую синагогу ходят, да и ходят ли вообще.

Практически в то же время о необходимости появления музея, собирающего и хранящего славную историю еврейской Одессы, задумались в общинном центре «Мигдаль». И тоже начали собирать экспонаты для него. В основном, это были фотографии и документы, которые приносили одесситы. Когда «Джоинт» собрал круглый стол еврейских организаций по поводу создания музея, всем очень понравилась эта идея, ну а «Мигдаль» ее воплотил.
– Для музея, во-первых, необходимо было постоянное помещение. Во-вторых, научно-исторический фонд. Исследований на тему истории евреев в Одессе было очень мало. Поэтому с 2002 года центр «Мигдаль» проводил ежегодные международные научные конференции «Одесса и еврейская цивилизация». До начала финансового кризиса успели провести семь таких мероприятий, – вспоминает Михаил.

Материалы этих форумов опубликованы на сайте «Мигдаля».

Буфет из дома Иссака Бабеля
(0)

Первая экспозиция открывалась в срочном порядке. В новом музее не успели даже ремонт сделать. Подключились одесские бизнесмены: Александр Буберман установил на окнах решетки, и еще несколько бизнесменов «скинулись» на сигнализацию. Но экспонатов было маловато для выставки. Выручили одесские коллекционеры – в первую очередь, Анатолий Дроздовский, Михаил Пойзнер и Давид Константиновский, предоставившие для экспозиции материалы из своих собраний.

На полноту охвата темы та экспозиция не претендовала. Известный одесский краевед и публицист Александр Розенбойм (Ростислав Александров) тогда сказал, что это не Музей истории евреев Одессы, а музей из истории евреев Одессы. Вместе с тем, ключевые моменты еврейской истории города в экспозиции были отражены.

Когда музей открылся, его создатели обратились к одесситам, проживающим в разных странах, с просьбой дарить экспонаты. Большинство с радостью откликнулось на призыв. В музей несли и присылали семейные фотографии, документы, предметы быта.

Экспонаты, предоставленные семьей Коган
(0)

Один из любимых экспонатов музейщиков – чайная ложечка из кафе Фанкони. Некий завсегдатай заведения прихватил ее «на память». А затем увез с собой в Америку. Его потомки, узнав, что на родине дедушки создан еврейский музей, передали эту ложечку ему в дар.

– Или вот, например, известный одесский врач Борис Молодецкий принес утюги, которыми пользовалась бабушка. Они стоят у нас в экспозиции на керогазе. Так и называется – «Утюги моей бабушки». А к ним у нас есть описание – кем была бабушка, ее судьба. Как она пользовалась этими утюгами, почему их обязательно должно было быть два, чем нужно было протирать «подошву» утюга, чтобы она не пачкала и не рвала вещи. Всего два утюга, а за ними – целая судьба, – говорит М. Рашковецкий.

Характер экспонатов и помещения, где расположился музей, продиктовали его концепцию. Что было на месте музея? Квартира. А в квартире живет семья. Или несколько семей – если это коммунальная квартира. «Мигдаль-Шорашим» историю евреев Одессы рассказывает через истории отдельных одесских семей. А ведь семья – главная еврейская ценность. Недаром в 1983 г. первая андерграундная квартирная выставка одесских художников-концептуалистов, половина из которых была евреями, называлась «Родня». И висели на стенах не картины, а фотографии из семейных альбомов художников, по которым те водили экскурсии. Такой «семейный» подход делает экспозицию музея близкой и понятной каждому посетителю.

Например, одесская история семьи архитектора Михаила Минкуса начинается с прабабушки, которая приехала в Одессу во времена дюка де Ришелье, и заканчивается в начале XXI в.

Или семья Коган, приехавшая сюда из Черновцов в 1870-е годы. На стенде этой семьи – женский лифчик, белый, штопаный черными нитками столько раз, что штопка воспринимается затейливым декором. В нем дочь главы семьи – лейтенант медицинской службы – в 1943 г. попала в окружение под Киевом, раненая сбежала из временного лагеря в ночь перед отправкой евреев в Бабий Яр и 8 месяцев, скрываясь, шла на восток, к «своим». (Новый лифчик она пошила, когда ее как военнопленную отправили уже в советский лагерь. Он также хранится в фондах музея.)

Такой принцип формирования экспозиции помогает уйти от устаревших музейных стандартов «линейного» формирования экспозиции, а экскурсоводов уберегает от соблазна «на автопилоте» проговаривать заученный текст. Такие экскурсии зачастую убивают самый интересный материал.

– Например, фрагмент домашней стенной газеты, нарисованной одесским графиком Ильей Шенкером к юбилею отца – Янкеля Шейнкера. Он в начале ХХ в. сделал в Одессе карьеру, причем типично одесскую: стал главным инженером кондитерской фабрики братьев Крахмальниковых. И зарабатывал достаточно хорошо, чтобы приобрести фаэтон, не говоря о каракулевом жилете для жены. Рассказывая об этом экспонате, я могу поговорить о евреях в промышленности Одессы (Крахмальниковы были евреями), о торговле. О социальных проблемах в еврейской среде, потому что около 30% еврейского населения жило за чертой бедности. Рисунок сделан в 1969 году, после Шестидневной войны, когда началась очередная кампания борьбы с сионизмом. Это – повод поговорить об истории «инвалидности пятой группы» в СССР. В 1974 году Шенкер эмигрировал в США – повод поговорить об еврейской эмиграции, – продолжает Михаил Рашковецкий. – Нелинейный тип экспозиции для нас очень дорог. Это ведь вполне еврейская традиция. Что такое нелинейный текст, знают все. Наиболее яркий пример – Википедия. Открываю Талмуд – основной текст, комментарий к тексту, комментарий к комментариям – со ссылкой на другие статьи. Тот же нелинейный принцип.

В этом музее каждая экскурсия – единственная и неповторимая. И зависит не только от того, кто ее ведет, но и от характера группы: какие люди пришли в музей, о чем хотят поговорить. Экскурсии, которые ведет сам Рашковецкий, не похожи на экскурсии его сотрудников – Анны Верховской и Владимира Чаплина.

В основе каждой экскурсии – личный контакт. Иногда это дает неожиданные плоды. Так, пришел сюда британский турист сэр Джереми Багге. Во время беседы с М. Рашковецким он вдруг заявил: история его семьи связана с евреями Одессы. Каким образом? Седьмой баронет Багге – не еврей. И выясняется, что его дед, пятый баронет, сэр Джон Пиктон Багге, в 1917 г. был назначен британским консулом в Одессе, и он как представитель правительства Великобритании с балкона консульства, которое находилось на углу улиц Пушкинской и Троицкой, зачитал декларацию министра иностранных дел Великобритании лорда Артура Бальфура. После манифестации ему была вручена оформленная в виде адреса фотография манифестантов перед зданием, где в то время располагалось консульство Британии. Эта фотография с визиткой дарителя сегодня находится в экспозиции музея.

«Ночь в музее», 2011 г.
(0)

Когда музей уже начал работать, он выиграл ряд грантов на пополнение экспозиции. В частности, от фонда Ротшильда, который поддерживает еврейские музеи.

Но самыми дорогими и интересными по-прежнему остаются подарки. Так, одесский археолог, профессор Андрей Добролюбский подарил фрагменты еврейских надгробий, найденных им во время раскопок на Приморском бульваре в «турецком» слое.

Кроме экскурсий, сотрудники музея пишут статьи, участвуют в конференциях, занимаются тем, что специалисты называют научно-фондовой работой. Речь идет об атрибуции экспонатов и материалов из фондов. Так, подарили недавно музею копию списка «Евреи наших портов». Даты на документе не было. По фамилии ратмана (выборное лицо в органах местного самоуправления Российской империи) была определена дата – 1799 год.

Или, например, все знают вальс «Амурские волны». Но мало кто догадывается, что его автор, военный капельмейстер Макс Кюсс, был одесситом и евреем. Атрибуцию подаренных нот провел Владимир Чаплин.

«Мигдаль-Шорашим» – самый необычный музей Одессы. Вы еще там не были? Добро пожаловать на экскурсию.

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+1
Интересно, хорошо написано

1Хотя и ее было вполне достаточно: во второй половине XIX - первой четверти XX вв. Одесса была третьим в мире городом по абсолютному количеству еврейского населения, в начале 1920-х гг. 40% жителей Одессы были евреями, а к концу 1930-х гг. 30% (третье место среди одесситов).

  Отправить ссылку друзьям

Главная > Мигдаль Times > №146 > ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ
  Замечания/предложения
по работе сайта


2018-07-16 06:53:45
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua
Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Всемирный клуб одесситов Jewniverse - Yiddish Shtetl Еврейский педсовет