БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №29 > Писатель, боксер, каббалист...
В номере №29

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+3
Интересно, хорошо написано

Писатель, боксер, каббалист...

Интервью с Эли Люксембургом.

— Эли, в «Библиотечке «Мигдаля» скоро выйдет ваша книга. Расскажите, пожалуйста, о себе.

— Родился я в Бухаресте в 1940 году. К тому времени в Европе уже шла война. Отец по какому-то наитию нас поднял, и мы перебрались в Молдавию, затем в Россию. В эвакуацию попали в Среднюю Азию, там родилось двое моих братьев. Вместе со старшей сестрой детей в семье стало четверо. В 1947 году мы оказались в Ташкенте, где засели надолго. В 58-м году, к окончанию учебы в техникуме строительной навигации, я уже был чемпионом Узбекистана по боксу, а заканчивая в 63-м Физкультурный институт, стал чемпионом Средней Азии и Казахстана и чемпионом Центрального совета — дважды. По некоторым обстоятельствам в 64-м году я переехал в Молдавию и отработал там 2 года. Тогда же, в 64-м, написал первый рассказ, который по сей день не стыдно положить на стол редактору. Вся моя проза в России шла «в стол», потому что я был ярко выраженный еврейский писатель, а следовательно, антисоветский. Делал попытки поступить в Литературный институт, занимался все это время в каких-то литобъединениях, но все мои произведения попадали на стол КГБ.

ИзменитьУбрать
Э. Люксембург
(0)

Моим наставником в литературе в те времена был Вадим Чернов, одессит, писатель, киносценарист. Он был старше меня на 9 лет. Русский человек, но к евреям относился с трепетом. Одесса и еврейство неразрывно связаны. Не думаю, что в те времена были ярко выраженные антисемиты, родившиеся в Одессе.

В 66-м году я вернулся в Ташкент, а после землетрясения наша семья переехала во Львов. К этому времени я уже познакомился со своей будущей женой. Она осталась в Ташкенте (кстати, у моей жены интересная генеалогия: корнями по отцовской линии она нисходит к Баал-Шем-Тову, а по материнской — к основателю любавического двора — Алтер Ребе).

Во Львове мне хорошо писалось, это опять-таки были еврейские рассказы.

Из Ташкента приехал мой приятель, поэт Рудик Баринский. «Давай в Ташкент, женишься на Ханке», — сказал он. Так я и сделал.

Шестидневная война всколыхнула все еврейство, и я услышал шепот своего ангела: «Дорога в Израиль открыта».

Жена моя тоже из эмигрантской семьи — из Польши. Они с 47-го года сидели на чемоданах: ее брат Пинхас каким-то чудом успел уехать в Израиль из Самарканда и посылал им вызовы.

Отец Ханы был раввином, каббалистом. В советские времена — с бородой, пейсами. Он подвергался преследованиям, уехать ему так и не дали.

В те времена нужно было иметь огромную дерзость, чтобы прийти в ОВИР и сказать: «Я хочу уехать в Израиль». Само слово «Израиль» было ругательным. Меня повыгоняли со всех работ, и мы попали в отказники.

В 69-м у нас родилась дочь — Дворочка.

КГБ решил упечь меня не на Ближний Восток, а на Дальний. Во время одного из обысков у меня нашли сионистскую литературу и еврейские рассказы, которые я читал друзьям. Один из них и заложил меня. В ташкентском КГБ решили сделать процесс наподобие ленинградских.

После месяца допросов меня отпустили, и я поехал попрощаться с родителями. Отец попросил меня:

— Сынок, сделай такую вещь: в городе Рыбнице живет цадик, я хочу, чтобы мы к нему съездили, и чтобы он дал тебе броху...

— Какой цадик, папа! Кто мне может помочь! Никто уже не поможет! Мне светит 10-12 лет за сионистскую деятельность!

— Я же не прошу у тебя чего-то невероятного. Сядем в поезд, заедем в Рыбницу, зайдем к этому цадику.

Короче, мы приехали в Рыбницу. Это был март 71-го. Зашли в какую-то халабуду. Отца там знали, он часто бывал у этого цадика. Сижу, жду. Заходит старик с бородой, пейсами, в каком-то то ли халате, то ли чапане, повязанном вретищем. Посмотрел на меня. Я этот взгляд по сей день не забыл: в меня как будто две молнии вошли, пробили насквозь и вышли через пятки. Я понял, что стою перед каким-то неземным существом.

Отец рассказал ему на идише мою историю. Он положил руку мне на голову и сказал примерно так: «Чтобы рука твоих врагов не имела над тобой власти». Мы еще поговорили и ушли.

Я вернулся в Ташкент, меня опять вызвали в КГБ, и стало происходить что-то странное. В первую очередь, со мной: в меня вдруг вошли какие-то невероятные силы, я перестал ощущать себя жертвой. Когда полковник, который «шил» мне дело, задавал вопросы, я чувствовал, что цадик стоит рядом со мной, опять его рука у меня на голове. Я на 2-3 вопроса вперед знал, о чем меня спросят, и знал, как ответить. «Дело» не получилось, и все закончилось статьей в газете. Со мной произошло чудо.

В 72-м году мы приехали в Израиль. Мне удалось перевезти в микропленках свою книгу «Третий храм». Это была первая волна алии, когда отпустили 100 тысяч человек. Из Ташкента уезжали вместе с нами хабадники. У меня был приятель — Фресман, медик. Я объяснил ему, что у меня есть микропленки, куда бы я их ни положил, их все равно найдут — будут шмонать по полной программе потому, что они будут уверены, что я что-то вывожу. Я вспорол подошву на одном ботинке, положил туда пленки, склеил и зашил эту подошву. Хабадники вывозили рукописи, Сефер-Тору (они заплатили хорошие деньги на таможне), я положил ботинок в их ящик. Когда я приехал в Израиль, его мне здесь и вручили. Книга вышла сначала на русском языке, потом была переведена на иврит.

Я работал сначала в Ашкелоне, затем в Иерусалиме. Я не смел и мечтать, что смогу жить в Иерусалиме. С 1973 года мы живем в Иерусалиме. Работал учителем физкультуры в двух школах и писал. Стал получать литературные премии.

За «Десятый голод» я получил премию Израильского союза писателей. Этот роман важен для меня тем, что алия, собирание евреев в Израиль, — событие не просто еврейское, это событие космического масштаба: на нас сбывается чудо возвращения, о котором говорили пророки. Еврейский народ выполняет свое предназначение. Я придумал этот сюжет, еще находясь в России. Маленькая компания евреев, очень странных, полусумасшедших, хочет перебраться в Израиль какими-то странными путями. Действие происходит в Бухаре. И там находится какой-то древний ход в Иерусалим. Они нашли манускрипт и идут в Израиль через пещеры. Мне хотелось придать космический смысл происходящему. Я писал этот роман 12 лет и закончил в 82-м или 83-м году. Когда он вышел на русском языке, о нем сразу заговорили. Роман был переведен на французский, его переиздавали в Греции, в Америке. То есть я дотянулся как бы до максимальной высоты.

До 86-го года я учился в разных иешивах и понял, что мне этих знаний уже недостаточно. Пошел в иешиву, где изучают Каббалу, и учусь в ней по сей день. Это безумно интересно, это наука, которая дает тебе связку ключей к вопросам, на которые, казалось бы, нет в мире ответа. И на сегодняшний день нет вопросов, на которые я бы не получил ответ. На основополагающие вопросы бытия того и этого мира.

ИзменитьУбрать
(0)

Я работаю тренером по боксу. У нас с братом боксерский клуб, единственный в Иерусалиме. Полтора года назад я вышел на пенсию. Высвободилось много времени, продолжаю писать.

— Ваши рассказы и повесть «Зеев Паз» — это мрачный мир, связанный с чудесами, трагический мир, в котором сразу за все получаешь. Это ваша позиция?

— Это все, конечно, влияние того, что я изучаю Каббалу и вижу мир и собственную судьбу иначе, нежели обычный человек. В любом событии я вижу руку Всевышнего. С каждым человеком происходит много удивительных вещей. Но одни этого не замечают, а другие задают себе вопрос, что имел в виду Г-сподь Б-г, совершив со мной это.

— За что «получил» герой в «Новом помощнике»? Наказан он был, насколько я понимаю, за великодушие, за нежелание обвинить человека, заметим, араба, в том, чего он еще не сотворил. И наказан ужасной смертью.

— Вы знаете об арабской проблеме. Я участвовал за 30 лет в трех войнах. Кроме того, разгул террора дошел до такой степени... Я хотел показать, что это такое — конфликт между Ишмаэлем и Израилем. Кстати, чтобы написать этот рассказ, я завербовался на сейнер в Хайфском заливе — для меня важно, чтобы моя проза была убедительна.

Интервью вела Инна Найдис


Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №29 > Писатель, боксер, каббалист...
  Замечания/предложения
по работе сайта


2020-12-03 04:12:45
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Jewniverse - Yiddish Shtetl Jerusalem Anthologia