БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №106 > «Мы пойдем другим путем»
В номере №106

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+3
Интересно, хорошо написано

«Мы пойдем другим путем»
Подбор материала Виты ИНБЕРГ

Часто инаковость, отчужденность, маргинальность формируются еще в детстве. Причины – самые разные: статус семьи, разводы, частые переезды, нездоровье, ограниченные возможности либо, напротив, яркая ранняя одаренность. Результат – замкнутость и обособленность или же чрезмерная подвижность и невнимательность.

ИзменитьУбрать
(0)

Трудные дети и их родители

Проблема гиперактивности есть у 5-10% малышей. Это – сигнал родителям: то ли в семье или школе что-то не ладится, то ли ребенку не хватает внимания. Проблема может корениться еще глубже: во время беременности или родов у мамы были какие-то сложности. Гиперактивность нельзя ни игнорировать, ни пытаться с ней справиться с помощью криков и наказаний, ее нужно корректировать.

В статье «Егоза» (chaskor.ru) Е. Дунаева пишет о детях, которых «с самых первых дней называют “непростой ребенок“. Они шумны, непоседливы, непослушны и неудобны… “Не такого” ребенка начинают планомерно выживать отовсюду: с детской площадки, с занятий, из садика... Да и близкие тоже не всегда лояльны. Очень скоро вы почувствуете себя в полном вакууме, ибо ваши социальные связи будут рваться одна за другой… Вы вдруг понимаете, что это редкая удача – найти профессионала, который, пусть даже ничего не обещая, просто согласится “попробовать поработать”.

...А если еще по пути домой забежишь со своим чудом в магазин, где уставший от занятий и мотания по кабинетам ребенок покажет себя во всей красе, – огребешь педагогических советов и медицинских рекомендаций от сограждан по полной».

Е. Дунаева рассказывает о маме, которая «научила свою 4-летнюю девочку такой фразе: “А моя мама говорит, что оценочные суждения необъективны, потому что выражают субъективное мнение”. Заслышав перепалку мамы в очереди, девочка переставала на минуту бегать по потолку, вставала ровненько и, глядя огромными синими глазами в лицо маминому оппоненту, исполняла заклинание на бис. Не знаю, насколько педагогически это было оправданно. Но действовало. Безотказно». Способ, конечно, эффектный, но ребенок может приобрести другие проблемные черты – например, стать демонстративным и истеричным.

В специальной литературе о ранней одаренности утверждают, что раньше всего может проявиться одаренность музыкальная, затем художественная, математическая... «О наличии одаренности не дают основания судить результаты тестовых испытаний в силу того, что они обычно стандартизованы по среднему уровню…» (magazine.mospsy.ru).

«Казалось бы, что проще – ребенок легко справляется с обучением в классе “Алеф”, давайте быстренько переведем его в “Бет”. Но во всем остальном перед нами ребенок с характерным для “первоклашки” физичес­ким развитием, мышлением, интересами и опытом дружбы. Если он сейчас перейдет в следующий класс, ему будет непросто с детьми, которые уже иные психологически и физиологически: они лучше концентрируют внимание, более усидчивы, по-другому мыслят и дружат. Для успешного продвижения вперед нужно равномерное развитие всех способностей с учетом возраста. Ведь сама природа стремится к балансу, да и детство больше никогда не повторится» (education.israelinfo.ru)
«Эти дети повышенно уязвимы. Их ранняя одаренность – это нарушение развития. И опережающее развитие чего-то одного происходит у них всегда за счет чего-то другого» (К. Мурашова, snob.ru). Талантливые дети «вспыльчивы, требовательны и нетерпеливы. Сверстники кажутся им скучными, учителя в обычных школах – недостаточно образованными. Они поправляют педагогов, делают замечания взрослым. Неудивительно, что директора школ просто умоляют родителей перевести детей на домашнее обучение… Отпущенные на свободу юные гении с энтузиазмом “засасывают” все, что попадается им под руку, но сформировать свое мировоззрение из хаотично полученных знаний не в состоянии. Они обычно с трудом выстраивают отношения с окружающим миром, а добровольная изоляция еще более усугубляет проблему» (А. Часовских, интернат им. Колмогорова).

Но «недогрузить талантливого ребенка гораздо более опасно, чем перегрузить. Талантливым детям необходима постоянная пища для ума. Невостребованные гении часто начинают разрушать себя наркотиками и алкоголем. К тому же, в среде обычных сверстников одаренный ребенок может нажить комплекс неполноценности. Он постоянно сравнивает себя с другими, и результаты часто расценивает не в свою пользу: “Я не такой, как все, значит, я хуже”. Лучше всего отдать ребенка в специализированную школу, где он обретет близкий по духу круг общения, а развитием его способностей займутся профессионалы» (Д. Костенко, kolmogorovschool.ru).

С другой стороны, часто из талантливого ребенка пытаются «выжать» все, что возможно: нагружают множеством дополнительных занятий, торопят с переходом из класса в класс, и т.д. «Подтормаживать надо прытких родителей и особенно – дедушек и бабушек. Ребенок, которого поддерживают, но не толкают – сам разберется» (Ф. Ярошевский).

Дэвид Хэлфготт

ИзменитьУбрать
Дэвид Хелфготт
(0)

Известный пианист родился в 1947 г., в Мельбурне, в семье польских евреев. Когда ему было пять, отец начал учить его игре на фортепьяно. Позже Дэвид победил в нескольких местных конкурсах, а в четырнадцать лет поразил своей игрой Айзека Стерна. Состоятельные люди хотели помочь мальчику поехать в США – учиться музыке, но родители не дали разрешения, ссылаясь на то, что Дэвид не готов к независимой жизни. К тому же, он с детства страдал нервными расстройствами.

В 19 лет Хэлфготт все же начал учебу в Королевском колледже в Лондоне, получил известность, но этот груз оказался для него непосильным. Пришлось вернуться в Австралию. Там он женился, но брак вскоре распался. Около 10 лет он провел в психиатрической клинике с диагнозом «шизофреническое расстройство».

Выйдя оттуда, Дэвид играл в одном из баров австралийского городка Перта, где и познакомился в 1984 г. с астрологом Джиллиан Мюррей. Второй брак оказался удачным.

В 1980-90-х гг. Хэлфготт концертирует в Австралии, Европе, Японии. Его любимые композиторы – Мусоргский, Рахманинов, Шопен, Лист, Шуман, Римский-Корсаков. В 1991 г. альбом Хэлфготта «Liszt, Rachmaninov, Chopin» получает австралийскую премию Aria. Он – единственный из исполнителей классической музыки, кто удостоился такой чести.

О необычайной судьбе Дэвида был снят фильм «Shine» («Блеск», режиссер С. Хикс), после которого Хэлфготт стал известен во многих странах. Сам фильм получил противоречивые отзывы из-за того, что образ отца Дэвида был показан в негативных тонах. В 1999 г. Дэвид выступил на открытии конференции «Гении, саванты1 и вундеркинды».
При записи альбома рок-группы «Silverchair» Хэлфготт блестяще исполнил трудную фортепианную партию. Ударник группы отметил, что это «одна из самых великолепных вещей», с которой он встречался как музыкант.

В 2009 г. Хэлфготт успешно выступил в Израиле, Швейцарии, Германии, Австрии. Сейчас этот человек со странной судьбой живет вместе с женой в Новом Южном Уэльсе. В круг его интересов входят «чтение, музыка, кошки, шахматы, философия, плавание и здоровый образ жизни» (en.wikipedia.org).

«Неформальный подход»

«Уход в неформалы» – чаще всего признак одного из кризисов развития, когда молодой человек ищет ответы на вопросы «Кто я?», «Какой я?». Обидно, но естественно, что ответы эти он ищет не у дедушки с бабушкой, а среди сверстников. И прежде чем кричать «геволт!», хорошо бы разобраться, существует ли реальная опасность для вашего сына или дочери в их тусовке (чем отличается, например, «ирокез» от бритой лысинки, и какие могут быть последствия от встречи с носителями оных – различаются не только атрибуты, но и идеология), или стоит ему (ей) доверять?

Большинство взрослых людей, если они специально не изучали эту тему, мало что знают про фриков, трансеров, геймеров, роллеров и эльфов с хоббитами (не персонажей из книги Толкина, а тех людей, которые при переписи российского населения 2002 г. причислили себя к таковым2). Отношение к ним в целом колеблется от нейтрального до «запретить и не пущать».

Несколько больше «повезло» хиппи, панкам, люберам и скинхедам – их сильно раскрутили в кино, книгах, СМИ. Подумалось, кстати, что те же скинхеды – не просто сами по себе маргинальны, но и их агрессия направлена тоже на людей маргинального толка – на иностранных студентов и рабочих, вообще на «чужих». Такой вот парадокс.

В одесском Горсаду «можно встретить самых экзотических людей Одессы – панков, хиппи, металлистов, готов, растаманов, а также огромное количество всякого рода непризнанных "гениев"... Они достаточно мирно уживаются друг с другом... "Подкова", как магнит, притягивает приезжающих в Одессу лиц свободного образа жизни… Хочется надеяться, что, столкнувшись на улице с представителями неформальных движений, вы не будете крутить пальцами у виска… а попробуете их понять» (А. Закладной, odesskiy.com).

На окраине Иерусалима, в заброшенной деревне Лифта, в 90-х обосновались «русские» неформалы. О Лифте снимали кино, она стала достопримечательностью, как бы «официально проговоренным элементом субкультуры... Те же люди, что постоянно тусовались в Лифте, имели отношение и к выпуску литературных альманахов на русском языке… Все это в прошлом, Лифта в основном пустует, и неизвестно, чем и где живут нынешние русскоязычные юные люди» (Н. Беленькая, booknik.ru). Из отклика на эту публикацию выяснилось, что «лифтян выгнала иерусалимская полиция. Теперь они живут в месте под названием Мецукей ѓа-Драгот… Уютные обжитые пещеры, источники для купания, даже кран с водой... Русских вроде бы не подавляющее большинство, но, кажется, имеются».

«Эмигрант – аутсайдер по определению. Но неформалы чувствовали себя не просто эмигрантами – они были субкультурой в русской субкультуре Израиля. И тут им, пожалуй, было даже легче, чем остальным – у них, как у настоящих подпольщиков, была своя секретная жизнь… Это, во-первых, незабываемо окрашивало переживания, а во-вторых, давало ощущение принадлежности к всемирной тусовке. В противовес русско-израильскому гетто... Подросткам в эмиграции вообще непросто – детскую гибкость они уже утеряли, а взрослую уверенность в собственных силах еще не обрели. Вот тут субкультура – незаменимый источник для поддержания самооценки»
(Э. Вайс, booknik.ru)
В центре Иерусалима местом сбора неформалов стала площадь Коэна. Постепенно «подростковые посиделки с гитарами вылились в свой Иерусалимский русский рок-клуб. Площадь Коэна была нашим штабом. Здесь мы – новые подростки в старой стране – прятались, с удивлением, недоверием и жадностью изучая полный мистики город-негород, который понять невозможно. Можно только дать ему проникнуть в тебя и после этого всю жизнь нести его с собой... Иерусалимская ячейка разрослась и влилась в большую всеизраильскую тусовку – с поездками автостопом, рок-фестивалями, со своей мифологией, поэтами и прозаиками, фотографами и живописцами, сумасшедшими и самоубийцами… Оттусовав свое, длинноволосые юноши стали папами, девушки – мамами... Все, как и положено, – хиппи превратились в яппи, панки в буржуа» (Э. Вайс, booknik.ru).

От Павла до Пинхаса

Герой фильма «Фанатик» (США, 2001) – 22-летний Дэнни Балинт, «фанатик-фашист, фанатик-еврей с горящими глазами, бывший ученик ешивы, а ныне один из лидеров неофашистской организации». «Еврейской пассивности» он решил противопоставить агрессивную «активность»: такая своеобразная форма любви-ненависти. Дэнни объясняет друзьям знание еврейской культуры и иудаизма тем, что «нужно знать врага в лицо». Он «ведет бесконечные споры с окружающими и с самим собой. Он толкует Тору и в то же время избивает еврейского мальчика, он горячо доказывает что-то
учителю ешивы и с той же страстью яростно защищает лозунги неонацистов…»

Попытка совместить несовместимое не могла не привести к трагедии. «Подготовив взрыв в синагоге, Дэнни делает единственно возможную вещь, не только по законам кинематографическим, но и по законам человеческой логики: ему из всего этого не выпутаться, а жить с раздвоенным сознанием невозможно. Он предотвращает взрыв ценой собственной жизни. Весь короткий путь Дэнни – это прямая дорога к саморазрушению и самоуничтожению» (film.ru).

А вот несколько другая история – происшедшая в реальности.

В детстве у Павла «все было нормально»: его воспитывали в католических традициях. «Я думал, что я такой же, как и все». Но, видимо, «нормально» было не все, потому что юноша стал членом группы скинхедов.

Евреев он никогда не встречал, но «как попугай повторял слова из листовок… что во всем виноваты евреи и что Гитлер был прав»… Ведущий лозунг группы был «Польша – полякам!» (ну, как «Россия – русским!»), и Павел «гонял по улицам "цветных" и вьетнамцев». Теперь у него есть среди них друзья. «Это позор для страны, когда в ней избивают иностранцев... иначе нам всем придется сидеть по домам, никуда не ездить». Пройдя службу в армии, Павел окончательно понял, что его приятели-неонацисты «на самом деле идиоты, которые могут только хулиганить и орать».

Когда невеста 23-летнего Павла сообщила ему о своих еврейских корнях, он воспринял это спокойно. Во время визита в Еврейский исторический институт молодая жена обнаружила, что ее новая фамилия – тоже еврейская, и решила найти в архиве документы об истории семьи мужа.

Во время Второй мировой войны было уничтожено около 90% польских евреев. Родители Павла и его бабушка с дедушкой, как и тысячи уцелевших евреев, ассимилировались – «для надежности». (По разным оценкам, в Польше сегодня около 30 тыс. людей с еврейскими корнями. Многие из них об этом и не знают.)

Только через полгода Павел нашел в себе силы пойти в синагогу и поговорить с раввином и членами общины. Импульсом для приобщения к иудаизму стала история его семьи. Многие его предки погибли в газовых камерах или гетто. Если бы он не принял их веры, тогда их мучения были бы напрасны.

Сегодня его зовут Пинхас, он помощник раввина в варшавской общине: следит за соблюдением кошера. У него двое детей.

В новой жизни бывает нелегко: например, летом очень жарко в черном костюме; тяжело вставать для молитвы. Но Пинхас улыбается, поглаживая бороду: «Зато мне не надо бриться» (Т. Розер, inopressa.ru).

Уральский паренек

Леон Цвасман – родом с Урала. Учеба в школе и драки со сверстниками «не возбуждали», просиживал в библиотеках, дружил с преподавателями вузов и… стал в 16 лет членом Философского общества при АН СССР.

«Родители – врач и музыкант – помогали, как могли, но могли мало». Из книг предпочитал Борхеса – «классики и современники» как-то не увлекали. Поступил в MГУ на факультет журналистики.

«Попал в интересный мир… Но вскоре он начал распадаться: рушилась империя, возникло ощущение упадка. И снова пустота, от которой я бежал с детства... Надо было принимать решение. К тому же хотелось познать «другие берега». Германию выбрал случайно – там были знакомые.

«Сначала было странно, потом жутко. Местные нравы, образ жизни, СМИ казались воплощением абсурда… Германия – до сих пор герметически замкнутая цивилизация, где мигранты ассимилируются только в третьем поколении, а коренные жители чувствуют себя чужими. Понять эту культуру с ее культурным цинизмом мне помогло юношеское увлечение немецкой философией и… мой собственный нигилизм».

Доктор философии, автор научных трудов, писатель, художник – кем он себя считает?

«Я – маргинал, которому по жизни скучно среди "своих". Такие люди есть везде... В России их ругают, в Германии боятся. …Приехав сюда, я рисовал и выставлялся. Но когда меня стали называть художником, меня взяла тос­ка. Неужели я похож на гибрид шамана с менеджером, помешанного на наркотиках, идеал постмодернистского деятеля искусства?..

Я решил идти иным путем, оставаться самим собой, а там видно будет… Второстепенное отпадало, главное росло, но маргиналом я остался. А как-то, оглянувшись вокруг, увидел, что выросло поколение мне подобных. Так понравилось, что решил изучать молодежные культуры.

Из художников мне близок по стилю только литовец Чюрленис, тоже маргинал. Композитор – это точнее. В детстве я не мог сочинять музыку... классические инструменты казались мне чересчур своенравными... Краски были доступнее, а "миры" – структуры, скрытые за действительностью, – я "видел" с детства. Поэтому и называю свой стиль "мистическим реализмом"».

В книге «Саботаж» на примере эмигранта-маргинала Цвасман рассказывает «как общество саботирует индивидуальность, дезориентируя людей, мастерит из них «целевые группы», которыми легче управлять, которым проще сплавлять продукты.

Лео Цвасман стал «специалистом по таким междисциплинарным темам, как молодежные объединения (неформалы), событийный маркетинг и межкультурное взаимодействие», и открыл небольшой заочный институт по подготовке текстовиков и дизайнеров для интер­активных СМИ.

«На каком-то этапе потенциал стал для меня важнее актуальности, шанс – выше действительности, а личность – ценнее персоны…Среди моих знакомых есть, помимо профессоров и студентов, самые разные типажи – люди в доску простые и радикально замороченные, творческие и воинствующие, гениальные неудачники и заторможенные "крутые". Свести их вместе невозможно даже на один вечер. Отпадают все, кто любит набивать себе цену, с ними скучно».

Лео считает себя успешным: «ориентируюсь в мире и добился определенной ясности, помогающей мне быстро решать комплексные проблемы, на которые другим людям порой требуется целая жизнь» (Т. Розина, evreyskaya.de).

Хулиган?

ИзменитьУбрать
Норман Мейлер
(0)

«Если под рукой нету подходящей мировой войны, чтобы написать о ней, он постарается начать ее сам». Так говаривали об американце Нормане Мейлере (1923-2007), авторе «Нагих и мертвых», «Американской мечты» и других романов. Этот маленький, вечно всклокоченный человек окончил Гарвард, успел повоевать на Тихом океане, был женат 6 раз, обзавелся 8-ю родными детьми и одним приемным, получил две Пулитцеровские премии, посидел в психушке, придумал пару удачных левацких слоганов, переругался насмерть с большинством своих сверстников-литераторов и уверял, что нет смысла быть писателем, если не умеешь как следует разозлить кучу народа.

Если время казалось Мейлеру вялым, то он считал своим долгом его гальванизировать. Это можно было делать разными способами: напиться (он был легендой манхэттенских баров), подраться (это он практиковал лет до семидесяти­), громогласно поругаться (его ссора с Гором Видалом стала притчей во языцех), написать статью, о которой будут долго говорить. Кто-то из журналистов заметил, что событие нельзя считать завершившимся, если Мейлер не высказался по его поводу.

Переизбыток алкоголя или энергии иногда приводил к печальным эпизодам. Так, в 1960 г. писатель в подпитии ухитрился серьезно ранить собственную жену (вторую) перочинным ножом, после чего его и поместили в сумасшедший дом на две недели. На съемках собственного фильма «Maidstone» (1970) Мейлер подрался с исполнителем главной роли.

Его авторитет был непререкаемым для него самого, и это во многом – результат воспитания. Однажды его мать примчалась в школу с требованием исправить полученную им тройку: «Норман не способен делать что-либо “удовлетворительно”».

Школу юноша окончил блестяще и в 16 лет поступил в Гарвард, где изучал авиаконструи­рование (в детстве он любил клеить авиамодели). В 1944-м он попал на Тихоокеанской фронт; в крупных сражениях не участвовал, однако материала для первого романа хватило, и не было в его жизни ничего более значимого, чем Вторая мировая. «Нагие и мертвые» (1948) Норман написал в 25 лет. Эта книга стала его лучшим произведением.

К концу 60-х Мейлер стал одним из самых громких критиков войны во Вьетнаме. В 1969 г. попробовал баллотироваться в мэры Нью-Йорка, причем одним из пунктов программы было… устройство гладиаторских боев в Централ-парке. Позже, заскучав от политики, он решил для разнообразия подразнить феминисток… (При всем том утверждают, что он был хорошим отцом.)

В начале 70-х Мейлер выпустил книгу о смерти Мэрилин Монро, где использовал все мифы об актрисе и обвинил в ее кончине одновременно мафию, ФБР и ЦРУ. По примеру Т. Капоте, предпринявшего знаменитое журналистское расследование, вылившееся в книгу «Обыкновенное убийство», в 1979-м Мейлер написал книгу «Песнь палача» – о жизни и казни убийцы Гэри Гилмора, и получил вторую Пулитцеровскую премию.

Однако в начале 1980-х Мейлер едва не обанкротился: он тратил слишком много денег на алименты и выплаты бывшим женам. Глубоко уважая Достоевского (которому приходилось писать и ради денег), он за считанные недели сочинил триллер «Крутые парни не танцуют». Для начинающего автора такая книга стала бы пропуском в большую литературу, а для Мейлера это была лишь поделка. Себя он искренне считал супертяжеловесом на писательском ринге, но в то же время признавал, что он и Сол Беллоу – слабаки на фоне Хемингуэя и Фолкнера.

В 80-е писатель замолчал, и решили, что он прекратил работать. Однако в первой половине 90-х он выпустил несколько романов. Последняя книга (в соавторстве с журналис­том М. Ленноном) «On God: an uncommon conversation» («О Б-ге: нетипичная беседа») вышла меньше, чем за месяц до его смерти. (Ю. Штутина, lenta.ru)

Городские сумасшедшие

В справочнике «Одесса: Кто есть кто. 1794-1994» – 6690 статей об «одесситах и гражданах, вошедших в историю г. Одесса, оказавших влияние на судьбы страны и мира». Среди них – актеры, поэты, архитекторы, врачи, ученые, рестораторы, коллекционеры, негоцианты, полицейские, а также… «городские сумасшедшие (чудаки)» (ubuy.com.ua).

Если верить Википедии, то «городской сумасшедший – человек, ведущий асоциальный, маргинальный образ жизни, часто страдающий различными психическими отклонениями или имеющий физические недостатки.

Часто "городским сумасшедшим" называют человека, взгляды которого на ту или иную проблему кардинально отличаются от существующих... Нередко, по прошествии времени, взгляды и идеи, высказанные подобными личностями, могут стать определенным прорывом в той или иной сфере деятельности (см. Гениальность)». Такое вот определение…

Честь «безумного города» пытается оспаривать Санкт-Петербург. Лев Лурье пишет: «Петербург издавна позиционирует себя как город умалишенных. Наши безумцы – естественное достояние северной столицы, интегральная часть городской культуры, как парижские клошары или уличные музыканты Нью-Орлеана». Далее среди перечисленных им литературных персонажей и исторических лиц – оба Петра (I и II), Лермонтов, Гаршин, Мей, Гиппиус и мн. др.

«Но в Петербурге всегда было место милым городским сумасшедшим – своеобразным городским шутам. Вот принц Александр Ольденбургский – владелец Гагр и покровитель микробиологии. Это был человек добродушный, но отличавшийся феноменальной, выходящей за все рамки глупостью… Простонародье знало юродивых уличных – почти фольклорных. …Еще один тип – безумец политический ...от гимназистов, готовивших покушения на классных наставников, до офицеров, готовых изрубить шашкой любого, кто непочтительно относится к императору...

К 70-м годам 20-го века сумасшедшие вернулись на Невский проспект: господин в поношенной черной тройке с беретом и хризантемой в петлице; старушка в старорежимной шляпке, с облезлым шпицем, заговаривавшая с прохожими по-французски... Расплодились поклонники таинственного (прежде всего искатели пришельцев), фанатики рождения детей в воде и моржевания. Ослабевшая власть махнула на них рукой. Толерантность к безум­цам обозначала скорую общую толерантность...» (rcom.ru).

Как сказано в воспоминаниях знаменитого одессита Л. Утесова, «в каждом городе есть свой городской сумасшедший.

Одесский городской голова – не голова. Городской сумасшедший Марьяшес – голова. Он своеобразная гордость Одессы – высокий человек с надменно поднятой головой. Поношенный костюм, котелок и увесистая палка. Быстрая походка и безостановочно движущиеся губы. Он почти бежит. Бежит и шепчет: "Восемнадцать, восемнадцать, восемнадцать..." Вслед за ним, не отступая, стайка мальчишек:

– Восемнадцать! Восемнадцать! – кричат они ему вслед. Некоторые даже отваживаются дернуть сзади за пиджак. Он гневно поворачивается и замахивается палкой. Мальчишки с диким хохотом бросаются врассыпную.

Причина сумасшествия – государственный экзамен по математике. Он единственный решил труднейшую задачу и, выкрикнув "восемнадцать", навсегда сделал это слово лейтмотивом своей жизни…
Он заходит в любое кафе. Ему подают все, что он пожелает. Все счета оплачивает его брат – врач.
Когда Марьяшес сидит в кафе, одесситы пользуются случаем, подходя к нему, задают вопросы. Он быстро поворачивает голову к вопрошающему и, глядя куда-то в сторону, всегда отвечает лаконично, но точно. Ответ звучит односложно между очередными "восемнадцать".

– Господин Марьяшес, что такое индифферентность?

– Восемнадцать... восемнадцать... – Безразличие, равнодушие. – Восемнадцать... восемнадцать...»

В. Катаев: «Был другой сумасшедший – Мосейка, напоминавший Марьяшеса... В лавки его не пускали, вместо сюртука на нем болталось старое летнее пальто, и ругался он хотя и так же громко, как Марьяшес, но с извиняющимся выражением на измученном лице.

Был еще один сумасшедший, так называемый "Барон Липский"… Чаще всего его можно было встретить в самых уединенных аллеях Александровского парка. В железных очках с увеличительными стеклами, с изношенным шотландским пледом на плечах, согбенный, он очень медленно шел, держа в руке несколько пожелтевших листков почтовой бумаги, исписанной непонятными каракулями…».

«В историю Одессы и городской фольклор прочно вошли такие персонажи, как Боря Тря­поч­ка, Яник Сделай-Паровозик и Фима Потому-что-мы-пилоты, – цитирует в своем блоге А. Ярос­лав­це­в. – Пожалуй, “последним из могикан”, традиционно пользующихся любовью и уважением горожан, можно назвать Бабуш­ку “Америка заметает следы”.

Свою просветительскую деятельность Ба­буш­ка начала лет 20 назад. Тогда она была еще не бабушкой, а элегантной дамой бальзаковского возраста, по слухам – работавшей в области политпросвещения и чересчур усердно относившейся к своей работе. Ежедневно, в час пик, она появлялась в районе транспортной развязки железнодорожного вокзала и, не жалея сил, просвещала торопящихся по своим делам людей по поводу геополитической обстановки. “Америка заметает следы! Люди, объединяйтесь!” – этот лозунг был и остается лейтмотивом ее пропагандистской работы все эти долгие годы.

В дождь и снег, в жару и холод, – она на посту. Ее звонкий голос прекрасно знают пассажиры 5-го и 28-го трамваев, 1 и 4-го троллейбусов, скорых поездов и пригородных электричек. “Америка заметает следы” – один из символов Одессы, одна из первых достопримечательностей, с которой знакомятся гос­ти нашего города...» (alek-ya.livejournal.com).

В ноябре 2008 г. в Одессе состоялась презентация Клуба городских сумасшедших, инициированного известным краеведом и писателем Олегом Губарем и историком, профессором Андреем Добролюбским.

В 1995 г. небольшая группа энтузиастов во главе с Добролюбским и Губарем начала архео­логические раскопки возле Оперного театра (потом были работы на склонах Приморского бульвара и рядом с Воронцовским дворцом). Их сразу прозвали «городскими сумасшедшими». А когда раскопки (принеся немалые плоды) завершились, «ярлык» – или почетное звание? – городских сумасшедших приклеился и к ним обоим, и к их помощникам намертво.

Теперь же этот статус узаконен. Члены Клуба – художники, бизнесмены, серьезные ученые, литераторы, журналисты – одесситы, которые хотят, умеют и делают нечто полезное, важное, интересное.

У Клуба есть атрибутика, например, именные ценные значки. Есть и печать. Ее заказывал доктор технических наук, а также коллекционер и литератор Михаил Пойзнер. Слоган Клуба: «Трезвость – это еще не признак ума». «Человек трезвого ума – прагматичен, – расшифровывает О. Губарь. – Он не может быть нормальным городским сумасшедшим».

Желающие примкнуть к этому необычному сообществу должны быть готовы принять 9 обязанностей городского сумасшедшего, – например, «стремиться к победе духа над материей и серьезно относиться ко всему, что, на первый взгляд, не имеет никакого значения». Члены клуба имеют право «не снимать шляпу в присутствии представителя городской власти (но если представитель окажется членом клуба, то шляпу придется снять и всем своим видом продемонстрировать уважение и любовь к нему)».

По поводу рекомендаций для вступления в ряды сумасшедших О. Губарь сказал: «Когда человек делает добрые дела, вместо того чтобы зарабатывать деньги, на него показывают пальцем и называют сумасшедшим – это и есть самая лучшая рекомендация. Голубовский правильно сказал: в мире совершенного сумасшествия только нормальные люди и выглядят сумасшедшими…» (viknaodessa.od.ua, odessitclub.org).


1Синдром саванта ( от фр. «ученый») – редкое отклонение в развитии, когда феноменальная память и выдающиеся способности (в музыке, математике и др.) сочетаются с низким общим уровнем, социальной неадекватностью, трудностями в коммуникации.
2Об этом известном казусе см. riw.ru, rinam.net и др.

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №106 > «Мы пойдем другим путем»
  Замечания/предложения
по работе сайта


2019-10-17 06:23:40
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еженедельник "Секрет" Еврейский педсовет Всемирный клуб одесситов