БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №106 > «Что он Гекубе, что ему Гекуба?»
В номере №106

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+3
Интересно, хорошо написано

«Что он Гекубе, что ему Гекуба?»
Вита ИНБЕРГ

История человечества полна странных людей. Людей необычных. Тех, кто плывет против течения. Иногда – не по своей воле. Говорят, что именно эти люди продвигают вперед культуру, науку и вообще подталкивают цивилизацию.

Так ли это? И да, и нет.

«Градус странности» бывает разный. Чтобы стать двигателем прогресса, вовсе не обязательно поворачиваться к нему спиной, уходить в леса и предаваться одиноким размышлениям, постепенно сливаясь с почвой. Альберт Эйнштейн, например, был вовсе даже обычным человеком: учился, влюблялся, читал лекции, был не прочь поработать в саду и съесть вкусный пирожок. Всего раз фотографу язык показал – и тут же в чудаки записали! Впрочем, риск оказаться «одному против всех» у него, безусловно, был. Если бы научное сообщество не приняло его теории, у Эйнштейна были бы все шансы остаться где-то на обочине науки со своими гениальными идеями.

Осознанно «плыть против течения» – рискованно, и мужество здесь нужно немалое. Фрейд выдерживал давление непонимания и неприятия – тех же ученых, коллег-врачей, собственной семьи – несколько десятилетий, пока не стал признанным авторитетом, обрел учеников и последователей. Математика Георга Кантора в пылу полемики называли «шарлатаном, ренегатом и растлителем молодежи» – как вы понимаете, совсем не за растление таковой.

«Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое». (Франц Кафка, «Превращение»)
«Мы говорим: “как у Кафки”, когда хотим передать ощущение жизни как кошмара, ощущение абсурдности бытия. Философ Вальтер Беньямин находил в судьбе австрийского писателя, пражского еврея Франца Кафки (1883–1924) “чисто кафкианскую иронию судьбы”: человек, до конца жизни прослуживший чиновником страхового ведомства, “ни в чем так не был убежден, как в абсолютной ненадежности всех и всяческих гарантий”. Парадоксальным образом писательская сила Кафки коренилась в его житейской слабости и не­уверенности. “Он голый среди одетых”, – писала о нем женщина, которую он любил, – Милена Есенская». (Михаил Свердлов, lit.1september.ru)
Еще один знаменитый математик, одессит Марк Крейн, напротив, был признан учеными всего мира, и отечественными тоже (он входит в десятку самых цитируемых математиков мира), – но только не чиновничеством от науки. Нам привычен кафкианский сюрреализм советского разлива: например, справка из ЖЭКа – для выезда за границу. Современники вспоминают о жесткости и резкой прямоте ученого, но своеобразие характера – еще не достаточный повод оказаться «вне».

Однако человек с талантом и характером нередко занимает именно позицию «вне», которую называют маргинальной – по отношению к своей социальной или профессиональной среде. Отсюда и некоторый романтический флер вокруг понятия «маргинальность». Когда человек становится известным, когда мир принимает, «поглощает» его, – он фактически уже и не маргинал.

ИзменитьУбрать
(0)

Каждый из нас может оказаться в этой позиции – по отношению к определенному окружению и его шкале ценностей. К такому заключению я пришла, взяв экспресс-интервью у одного близкого человека, который после некоторого размышления сказал, что – да, он маргинал. И не только потому, что создал оригинальную психологическую дисциплину, и при этом работает дома, «служебной лестницей» не интересуется. А потому, что в целом иерархия ценностей иная. Например, для него главное – духовный рост и развитие.

– Можешь сказать, что это наивысшая ценность для большинства людей? – спросил он.
 
– Для большинства – видимо, нет, – ответила я. – Но при этом ты отнюдь не безразличен к своему внешнему виду, а также к тому, где, как и на чем спишь, ешь и работаешь.

– Ну да… Я – хитрый маргинал, – задумчиво сказал он. – Я умудряюсь и пользоваться благами общества, и не идти «супротив», и быть достаточно свободным.

– Но ты чем-то за это платишь – одиночеством, отсутствием каких-то возможностей или отказом от них, – не удержалась я.

Это тоже было правдой.

***

«…если над тобой начинают смеяться или просто недоумевать по поводу твоей судьбы, если родители даже в 30 лет не одобряют твоих поступков, если в тебе постоянно живет чувство вины за твою ненужность обществу или не такой, как у всех, образ жизни (или все это по отдельности)… Ты – маргинал в любом случае, если отрицаешь или избегаешь общественных устоев.
Любой профессиональный фрилансер1 – с точки зрения российского общества маргинал. Со временем он перестанет им быть, потому что фриланс станет обыденным. К слову, в западных странах фрилансят почти все инвалиды или неполноценные физически члены общества. А инвалиды – это маргиналы с рождения.
…Характерные признаки, вроде тяги к одиночеству, мечтательность и асоциальность актуальны до сих пор. …При этом он может жить вполне счастливо, вовсе не быть тревожным и мятущимся. Это может быть полностью самодостаточный человек со своим набором ценностей.
Маргинализм может сделать человека изгоем, а может – известным изгоем. Вами могут восхищаться, а могут – бить дубинками на демонстрациях. Маргиналов среди молодежи очень не любят гопники и милиционеры. Умных маргиналов среди молодежи не любят вообще все. Это же асоциально и не выгодно государству – не пить, не курить, не ходить на выборы, не смотреть телевизор, не ходить на спортивные матчи, не гоготать в подъезде, не ругаться матом или даже (о, нет!) зарабатывать больше своих сверстников, читать книги, любить и уважать родителей…
…Как одеваются интеллектуальные маргиналы? Да, в общем, неброско. Если он отрицает общественные ценности вроде гламура, пафоса и жизни напоказ, то естественно любимой обувью у него будут кроссовки, а серьга в ухе станет любимым атрибутом» (А. Трой, «Кто такие маргиналы, и к кому ты себя относишь?», nticorporativ.ru).
Другая сторона вопроса – когда вышеупомянутые талант и характер находятся не в избытке, а в остром дефиците. А в избытке что-нибудь другое – проблемы воспитания, развития, здоровья, наконец. И что мы тогда видим? «Потомственных» алкоголиков, «альтернативно одаренных», душевнобольных, бомжей. Последних не всегда вынуждают встать на этот путь – ужас в том, что они могут выбрать его сами.

Самый «безобидный» вариант – так называемые неформалы или субкультуры. Впрочем, неформальная культура не обязательно маргинальна. Она возникает как реакция на какие-то социальные процессы и, выполнив свою роль, благополучно уходит или ассимилируется обществом. Многие элементы стиля хиппи, например, органично вписались в моду и остаются актуальными по сей день.

Как по мне, нет ничего опасного в том, что девочки и мальчики наденут черную или розовую одежду, разрисуют глаза, увешаются сердечками или черепами, будут слушать свою музыку и называть друг друга «Тарантул» или «LonelyOne». Готы и эмо, в первую очередь, неагрессивны. (В отличие от скинхедов, которые «официально» – неформалы, а на деле часть общества тайно или даже явно разделяет их ксенофобскую идеологию.)

Так или иначе, готов и эмо успешно превращают в очередную страшилку: родители протестуют, школы борются, местные власти предлагают принять меры. Вам это ничего не напоминает? – да, кампанию, которая в свое время велась против стиляг и хиппи. У Стругацких в «Отягощенных злом» очень хорошо прорисованы механизмы «быстрого реагирования» на всякую вредную Флору.

ИзменитьУбрать
(0)

Аргументы героических борцов с неформалами мало изменились: угроза наркомании, культивирование «пессимизьма», высокая вероятность самоубийств среди молодых людей, вставших на «гибельный путь».

Однако все эти опасности у готов, эмо и других – не выше, чем у обычного подростка, переживающего возрастной кризис. А через кризисы проходят все, в том числе и взрослые, и итог тоже не всегда бывает радужным.

Хорошо бы честно увидеть в таких явлениях симптом или послание. Отчего молодые люди чувствуют себя одинокими и стремятся куда-то влиться, в какую-то группу, где встретят таких же, как они? Что они демонстрируют своим «прикидом» и мрачными прозвищами?.

В маргинальности видится «принципиальная независимость, надежный источник индивидуальности, вызов рутине, серости и конформизму, безусловное родство с экстремальностью, волнующее соседство с опасностью, риском и гибелью. Поэтому она так нравится молодым» (О. Балла, wsyachina.narod.ru).
Правда, «вызов» иногда принимает совсем причудливые формы. Вот фриганы2, честно говоря, меня шокируют.

***

«Хм, а у меня серьга в ухе, татуировка, я в какой-то степени интеллектуальный маргинал, но ненавижу неброскую одежду, люблю стильные и модные, иногда гламурные вещи. Но при этом угораю над пафосом и гламуром. Сейчас все смешалось. Кони, всадники, пулеметы…» (anticorporativ.ru).
«Подозреваю, что маргиналом быть модно, и никакие атрибуты (серьга, неброская одежда) не сделают кого-то маргиналом духа в твоем понимании, тут нужен характер…» (anticorporativ.ru).
Что общего между бездомным бродягой, феминисткой 50-х годов, безымянным изобретателем вечного двигателя, Борухом Спинозой, юной неформалкой с фиолетовыми волосами, «человеком помойки», наемным рабочим из Китая и моим соседом-наркоманом?

Маргинальность – тот общий флаг, под которым можно собрать этих очень разных персонажей. Можно – но не нужно. Ибо это будет неточностью. В повседневной речи где часто размываются смыслы и значения. Маргинал – это «ни хорошо, ни плохо», здесь нет оценки, которую в это понятие автоматически вносит обыденное сознание: человек «второго сорта», отщепенец и просто хулиган…

«Для некоторых понятие маргинальности выродилось до гламурного ярлыка, имеющего лишь риторическую значимость для полемики – этакий бесхитростный прием, вроде объявления оппонента дураком…»(Константин Ф., дизайнер).
Маргинальность – определенный тип отношений между личностью и обществом. И личность­ либо сама себе обустраивает этот стиль, либо ей «способствует» общество. Но нужно отличать моду, эпатаж, игры и декларации от подлинной маргинальности, которая заключается в стиле жизни и представлениях.

ИзменитьУбрать
(0)

Всерьез вопросом о чуждости и инаковости занялся немецкий философ еврейского происхождения Георг Зиммель (1858-1918). Думаю, не последнюю роль в этом интересе сыграли обстоятельства его жизни (в том числе антисемитские настроения в Берлинском университете, где он преподавал, а потом и вовсе – работа в провинции и оторванность от научной среды).

Зиммель описал тип «чужака», который в обществе (или какой-то другой группе людей) чувствует себя как бы удаленным и поэтому более свободным. Но «существование зиммелевского „чужака“ все же вписывалось во вполне четкую систему правил. И, кроме того – он был просто и явно чужим».

Ученик Зиммеля, социолог Роберт Эзра Парк (1864-1944), придумал в 20-х годах понятие «маргиналы» («marginalis» – расположенный на границе, у края), которое означало — «явно не вполне чужие, но, несомненно, не слишком свои». Это хорошо описывается лаконичной формулой «Свой среди чужих, чужой среди своих».

Несмотря на «подозрительное» второе имя, евреем, видимо, Роберт Эзра не был, но в его рассуждениях евреи сыграли существенную роль. Жил он во времена масштабных миграций. (Этот феномен сейчас в какой-то мере наблюдаем и мы с вами.) Меняя среду обитания, человек меняет язык, культуру, работу, социальный статус и т.д. Это процесс сложный, как для личности, так и для «принимающей стороны». И, чем менее гибки и готовы к переменам среда и индивид, тем больше шансов у последнего «записаться в маргиналы».

ИзменитьУбрать
(0)

«Это тип личности, который проявляется в то время и в том месте, где из конфликта рас и культур начинают появляться новые сообщества, народы, культуры... Судьба обрекает этих людей на существование в двух мирах одновременно, вынуждает принять в отношении обоих миров роль космополита и чужака…» Как тут не раздвоиться? (Вспомним сказочных персонажей, известных с детства: а ведь Маугли – настоящий маргинал! Собственно, вся история Киплинга – о драматическом осознании собственной неприкаянности: и джунгли до конца не принимают, и с людьми как-то сложно…)

Парк замечал у людей, которых полагал маргиналами, сомнения в своей личной ценности, неопределенность дружеских связей, страх унижения, болезненную застенчивость, одиночество, мечтательность, повышенное беспокойство о будущем и страх рисковать, неспособность получать удовольствие от жизни и «уверенность в том, что окружающие несправедливо с ним обращаются».

При всем том, с его точки зрения, маргинал – «человек заведомо более свободный, подвижный и пластичный, чем те, кто сидят в своих хорошо обжитых мирах и не суются за их пределы».

Маргиналы могут предпринимать «судорожные попытки приспособиться к новой культуре». Новые в государстве граждане проявляют патриотизм даже чрезмерный; принявшие новое духовное учение могут пытаться «перемудрить мудреца» и стать более нетерпимыми, чем прочие его сторонники.
Новые «мещане во дворянстве» окружают себя всевозможными признаками своего статуса, тщательно следуют гласному или негласному этикету. Один знакомый москвич жаловался (правда, несколько кокетливо), что вполне удовлетворился бы квартирой в городе, но «круг требует», – и он обзавелся роскошным загородным домом. «Но жену я менять не буду, – сказал он уже серьезно. – Я ее очень люблю. А у нас многие меняют, на молоденьких девочек, моделей, – так принято…»

***

Парк полагал, что евреи были первыми маргиналами в истории человечества: «Когда стены средневековых гетто были разрушены, и евреям представилась возможность участия в культурной жизни народов, среди которых они жили, появился новый тип личности … человек, живущий и разделяющий культурную жизнь и традиции двух разных народов, особо не желая расставаться, даже если бы была такая возможность, со своим прошлым и своими традициями и до конца не принятый в новое общество, в котором он теперь ищет свое место. Это был человек на грани двух культур и двух систем, которые особо никогда не взаимопроникали и не смешивались… первый космополит и гражданин мира».

Роберт Парк явно был ученым-романтиком. А мне вспоминается Иосиф Бродский. В СССР он точно был маргиналом, а в его американской жизни веяло смутным холодком: то ли «вне», то ли «над». Как, быть может, несколько категорично отметила М. Новикова в статье «Маргиналы», сменой страны «проблема маргинальности не снимается, а лишь оттягивается. Классический тому пример – И. Бродский… Язык сменить можно… но “сменить культуру” одному и тому же человеку ментально и духовно невозможно».

Многие евреи – ученые, писатели, композиторы и др. – ярко подтверждают классический тезис о том, что на стыке культур особенно продуктивно создается новое и творческое, «такой человек неизбежно становится индивидом с более широким горизонтом, более утонченным интеллектом, более независимыми и рациональными взглядами» (Р. Парк).

Очень любопытна в этом смысле личность поэта Пауля Целана3. «Он уникален, – пишет А. Грицман, – не только мощью своего таланта, но также и особой позицией, которую он занимал в искусстве, как "перемещенное лицо", "художник-чужеземец", не принадлежащий полностью ни к одной из культур, и одновременно черпая из этих культур… Целан жил в трех культурах: еврейское происхождение, воспитание на немецкой культуре и жизнь среди румынской культуры, естественно, с большим влиянием венгерской» (ferghana.ru).

В России и СССР история евреев – пример тому, что в маргинальной позиции может оказаться не только личность, но и большая группа людей, народ. Жить в этой позиции страшно и неуютно. Кто-то не выдерживал. Процесс ассимиляции очень выразительно описан, например, в книге П. Венгеровой.

Для американцев вопросы ассимиляции были очень актуальными, поскольку фактически все население страны состояло из иммигрантов. Тамошние ученые установили некий закон четырех поколений, или «феномен плавильного котла»: где-то на четвертом поколении «завершается превращение: это уже монокультурные люди, дети новой культуры, носители иного языка».

Нужно ли уметь адаптироваться в новой среде обитания? Безусловно. Это ценная творческая способность. Ведь полный и категорический отказ от того, чтобы осваивать новую среду и как-то учитывать ее особенности, может привести к самоизоляции. С другой стороны, быть предельно гибким, вплоть до окончательного растворения, – тоже не слишком хорошо: так недолго и потерять собственное «Я».

Евреям в диаспоре, например, удалось (во всяком случае, многим) не утратить своей культурной и духовной идентичности. Свидетельством тому – общины и культурные центры, в сочетании с активной социальной жизнью, но без «самозабвения», без предательства себя. (Те, кому это не удавалось, становились маргиналами уже по отношению к собственному народу.)

Маргинальность – понятие врeменное и временнoе. Маргиналами в разное время оказывались афроамериканцы, феминистки, рок-музыканты и т.д. Своего рода маргинальным явлением по отношению к иудаизму когда-то был хасидизм. Маргинальной может быть и профессия (например, астролог или экстрасенс). И даже город. К примеру, наша Одесса – тоже в чем-то маргинальный организм: находится на границе моря и степи, на границе страны, языков и культур; не столица, но и не провинция.

Со временем маргинальность перестали понимать как «нечто исключительно негативное и вторичное по сравнению с “нормой“». Ключевой сегодня многие считают характеристику «внесистемный». «…То, что сейчас внесистемно, завтра может войти в систему. Но может и не войти. То, что сегодня системно и даже господствует, завтра окажется на обочине и социальной структуры, и художественной культуры.

Маргинал – тот, кто отстал и тот, кто опередил. Он может быть атавизмом отжившей уже культуры, ее ценностей, мышления и языка. И может быть человеком будущего, чьи творения, не понятые и не принятые современниками, войдут в основание грядущей культуры. Но маргинал – и тот, кто "заблудился", кто производит "продукты", – действия, произведения, ценности, не имеющие ни прошлого, ни будущего…» (И. Малышев, ec-dejavu.ru).

Психологу Т. Шибутани удалось выразить эту мысль очень просто и точно: он считает людей маргинальными тогда, когда «они находятся на границе между двумя или более социальными мирами, но не входят полностью ни в один из них».


1Фрилансер (англ.) – человек, работающий без заключения долговременного договора, выполняющий заказы для разных клиентов
2Фриганизм (англ. free – «свободный» и vegan – «вегетарианец») – стиль жизни, отрицающий принципы потребительства. Особенно популярен в США, начинает распространяться и в России. Фриганы считают преступлением выбрасывать тонны продуктов, когда в других странах умирают от голода. Поэтому они питаются исключительно тем, что можно добыть на помойках. Это касается также одежды, бытовой техники и др.
3Пауль Целан (наст. имя П. Анчель; псевдоним – анаграмма фамилии; 1920, Черновцы – 1970, Париж) – еврейский немецко­язычный поэт и переводчик. Считается одним из лучших евро­пейских лирических поэтов послевоенного времени

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №106 > «Что он Гекубе, что ему Гекуба?»
  Замечания/предложения
по работе сайта


2019-10-17 05:40:56
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Dr. NONA Всемирный клуб одесситов