БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №24 > Мезуза на борту
В номере №24

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
0
Интересно, хорошо написано

Мезуза на борту
Александр Эдман

На его рабочее место можно попасть через Приморскую улицу и Армянский переулок. Военная гавань: воздух, насыщенный влажной дымкой, изумрудные ленивые волны, тральщик «Геническ», парусный барк «Дружба»... А вот и конечная цель нашего маршрута — мирно покачивающаяся на воде плавучая мастерская №714. Обычная, на первый взгляд, хотя... скажите, вы много видели плавмастерских с мезузами? Если нет, то, значит, пришла пора познакомиться с человеком, который сделал это — с бизнесменом и моряком, а может быть, наоборот — моряком и бизнесменом, Евгением Витебским.

Евгений Самуилович, мне еще никогда не приходилось брать интервью в таких, мягко говоря, необычных условиях, но первый вопрос все-таки будет обычным. Вы одессит?

Да, конечно. Я родился в 1968 году, в Обсерваторном переулке, провел там детство, юность и закончил довольно известную в городе 101-ю школу. Обсерваторный переулок нависает над морем, и оно было для меня, можно сказать, средой обитания. А после пятого класса я попал во флотилию юных моряков (ФЮМ). Была такая при пароходстве, причем лучшая в СССР. Там занималось 750 человек, и она была сравнима, по количеству учеников, с хорошей школой. Пароходство денег не жалело, и у флотилии была своя база в яхт-клубе — известный пароход «Экватор», а также учебные классы во Дворце моряков. Вот оттуда и началось мое близкое знакомство с морем и профессией.

Семья не морская?

Нет, семья абсолютно не морская. У меня в семье из моряков только один человек — это погибший на «Адмирале Нахимове» вахтенный помощник Александр Чудновский. Во флотилии никаких скидок на возраст не делалось, мы занимались практически тем же, чем и курсанты первого, второго курса мореходных училищ. Пробыл я в ФЮМе три года. Мы ходили в походы по Крымско-Кавказской линии. Ходили на ялах (там каждое весло было вдвое больше курсанта) и на судне «Юность».

И родители отпускали? Не волновались? Еврейская сухопутная семья...

Отпускали. Наверное, волновались, но отпускали. Я отучился три года и еще два года помогал преподавателям, будучи старшим наставником у младших ребят.

Вы собирались посвятить себя морю?

Собирался. Я хотел поступить в Новороссийское высшее мореходное училище, потому что там готовили специалистов по радиоэлектронике, а в Одессе тогда подобного факультета не было. Собирался, но мне начали объяснять, что шансов на поступление у меня мало, потом еще личные причины, в общем, на этом первый этап моей морской жизни закончился.

Но продолжение последовало?

Сначала я отслужил в армии.

Конечно, на флоте?

Нет, не на флоте. Вернувшись, я поступил в Педагогический институт. По образованию — учитель математики. Практически вся моя семья — преподавательско-математическая, поэтому с учебой проблем не возникало, и уже где-то с четвертого курса я мог себе позволить искать работу. Рыночная экономика набирала обороты, и судьба свела меня с Дмитрием Цыгановским.

Я хотел заниматься морем. У меня были идеи брать суда в чартер, восстанавливать их, организовывать судоходные линии, много чего... Я был молод, не обременен семьей, поэтому мог себе позволить экспериментировать, а Цыгановский помогал это делать. В результате выкристаллизовалась идея — экспедирование грузов.

Мы фрахтовали суда, перевозили грузы тогда еще существовавших внешнеторговых организаций, работали с Одесским портом, занимались (и занимаемся сейчас) контейнерными перевозками. Потом приобрели плавучую мастерскую, чтобы заниматься судоремонтом.

Наверное, в детстве, кроме флотилии, ходили в судомодельный кружок?

Нет. Модели меня не интересуют. Мой папа, когда я выбирал профессию, сказал, что работа бывает двух видов: либо любимая, либо интересная. Для меня такой работой является море и суда. Настоящие суда. Даже сейчас, когда я вижу настоящее судно... теряю дар речи. Трудно объяснить... настоящее судно меня манит и завораживает. Был период, когда наша фирма занималась шипчандлерством1, и мне приходилось бывать на сотнях судов, и этого было достаточно для счастья. А модели... Нет, в детстве мне нужно было настоящее судно. Я согласен был на любую работу: мыть посуду — так мыть посуду, капитаном — так капитаном. Но чтобы это был пароход. И чтоб он шел. И чтобы качало...

И еще мне хотелось посмотреть мир. Я тогда не думал о привозимых товарах, дефиците, фарцовке. Мне хотелось бороздить моря и видеть мир.

И что, получилось бороздить и видеть? Не считая флотилии...

На судне далеко ходить не удавалось. На яхте — да. И в Болгарию ходил, и в регатах участвовал.

Так вы, Евгений Самуилович, еще и яхтсмен?

(Смеется.) Ну, по сравнению с Натаном Ганопольским2 я не яхтсмен. А вот был эпизод, после которого, собственно, мы и пришли к мысли о судоремонте и покупке этой плавмастерской — нам предложили сделать ремонт на яхте Президента Украины.

~...?

Это даже не совсем яхта, скорее очень большой катер. Называется «Крым». Его построили в 1978 году для Брежнева. Яхт было две: «Крым» стоял в Ялте, а «Кавказ» в Сочи. Яхта видела всех — от Брежнева до Кучмы, а в экипаже есть люди, которые еще помнят Брежнева. Сейчас «Крым» находится в Севастополе, и именно там мы делали ремонт.

~Почему предложили вам?

Мой коллега всю жизнь занимался судоремонтом, кроме того, были очень сжатые сроки, и никто не хотел браться. Мы на свою голову взялись.

Справились?

Справились.

В общем, в морском бизнесе вы перепробовали все?

Ну, практически все. И ремонт, и агентское обслуживание, и перевозки по всему миру.

В Израиль тоже?

Да. Мы работаем с «ZIM» с 1993 года.

А вообще одесско-израильская линия оживленная?

Конечно. Во-первых, возит грузы «ZIM». Во-вторых, пассажирские рейсы совершает теплоход «Ирис». Из Израиля привозят цитрусовые, а в Израиль — пшеницу.

А вот интересно, вам попадались суда с еврейским экипажем? Понятно, что флаг там, скорее всего, какой-нибудь удобной страны, типа Либерии или Панамы, но ведь экипаж наверняка израильский. Интересно, насколько все это похоже или отлично от «Еврейского парохода» Жванецкого?

(Смеется.) Нет, сам я такие не встречал, но от других морских агентов слышал мнения, что это, по большому счету, плавающий киббуц. И там вопросы решать было очень нелегко именно в силу национального менталитета.

А можно мучающий меня вопрос? Мезуза на борту. Она что, так и была, или это ваших рук дело?

Нет, это дело рук раввина Авраама Вольфа.

А идея?

Идея была моя. Когда мы приобретали эту плавмастерскую, а сюда была вложена душа, то решили, что все должно быть по правилам.

Ну вот, вы работаете с морем. А просто так, для отдыха, на море ходите?

Конечно. Я говорил, что вырос в Обсерваторном переулке и потом, когда женился, решил, что тоже должен жить недалеко от моря. У нас с женой и сыном есть проторенные маршруты, чаще всего ходим в яхт-клуб, там все друзья, иногда выходим в море на яхте. Ребенок у меня к морю тоже привычный, качки не боится, а может быть, еще не понимает, что это такое. Два года назад, когда ему было два годика, Марик провел на катере 8 часов.

Растет еще один моряк?

Хотелось бы. Это настоящая профессия. Мужская.

Не устаете от моря? Как в том анекдоте: «выходишь на пляж, а там станки, станки, станки». Все время работаете у моря — и еще и отдыхать?

От моря нельзя устать. А на пляж я не хожу. Там... ну, как бы это объяснить... там нет ощущения моря. Я гораздо больше люблю ходить к морю зимой, чем летом. Зимой есть на что посмотреть. А летом — такая гладенькая водичка, жарко...

То есть вы, как настоящий моряк, не выносите штиль?

Нет, штиль — это не наше дело.

А жена любит море?

Жена — минчанка, и для нее в детстве море было подарком. Раз в году с родителями или старшими подругами... Так что она тоже любит море. Она мне как-то сказала, что когда мы подходим к парку Шевченко, и в какой-то момент появляется море, для нее это всегда «Ах!».

А я просто не представляю, как можно жить в городе, где нет моря. Наверное, если не в Одессе, я смог бы жить только в Петербурге. Там тоже все пропитано морем. У меня и все друзья так или иначе связаны с морем.

А вы не боитесь моря? Глубина, волны? Ничего неприятного, связанного с морем, не было?

Страшно — было. Мы вчетвером шли на яхте в Севастополь. Попали в страшный шторм. Вроде бы Севастополь недалеко, а шли трое суток.

И после этого не бросили море?

Нет. Один мой довольно сухопутный знакомый, побывав в ма-а-ленькой переделке возле берега Аркадии, всего-то два часа шторма, сказал, что это равносильно двум неделям лежания на диване. Кто ж от такого откажется?


1 судовой поставщик, агент, доставляющие все необходимые товары на судно.
2 вице-президент областной федерации парусного спорта. Интервью с ним читайте в ближайших номерах.

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №24 > Мезуза на борту
  Замечания/предложения
по работе сайта


2021-12-02 09:29:32
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Dr. NONA Jewniverse - Yiddish Shtetl Jerusalem Anthologia