БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №2 > Марк Аврелий, не еврей ли?
В номере №2

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+8
Интересно, хорошо написано

Марк Аврелий, не еврей ли?
А. Яворская

Впервые! Уникальные фотографии польских евреев, сделанные Ильфом во время поездки в Польшу в 1935 году... Отрывки из записных книжек Ильфа...

Записные книжки сатирика должны быть веселыми. Сатирик должен быть жизнерадостным. Эта все знают. Это аксиома. Но в жизни далеко не так. Да и определение это — сатирик... Сатира — что-то сиюминутное... про сегодня. А про вечность — это к классикам.

Писатель1, сказавший: «Человек должен быть веселый, голый и худой», сегодня — классик советской сатиры. Вернее полклассика.
Для того чтобы стать классиком — во-первых, надо умереть. Живых классиков не бывает. А во-вторых — написать хотя бы одну книгу, желательно хорошую.

Илья Файнзильберг и Евгений Катаев написали как минимум две книги, которые читали, читают, и, смею надеяться, долго еще будут читать. Об этих книгах знают все — «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» Ильфа и Петрова.

«Очень трудно писать вдвоем. Надо думать, Гонкурам было легче. Все-таки они были братья. А мы даже не родственники. И даже не однолетки. И даже разных национальностей: один русский (загадочная славянская душа), другой еврей (загадочная еврейская душа)».

Вдвоем у них получалось замечательно. Многое сделать вместе не удавалось — родиться, жениться, обзавестись детьми. Но они делали это с завидной дальновидностью — через пять лет. Ильф раньше родился — в 1897, раньше женился — в 1923, но ребенком обзавелся позже — в 1935. Одно Ильф сделал намного раньше Петрова — начал вести записные книжки. Отдельным изданием они вышли через два года после его смерти, в 1939.

Первая появилась еще в 1925, во время командировки в Среднюю Азию. Последнюю книжку Ильф начал в конце 1936, после dозвращения из США. Записи делал до последних дней, до апреля 1937 года. Это в ней замечательные фразы, точнее
многотомных мемуаров отражающие страшное время: «Композиторы уже ничего не делали, только писали друг на друга доносы на нотной бумаге». «Край непуганых идиотов. Самое время пугнуть». «Он посмотрел на него, как царь на еврея. Вы представляете себе, как русский царь может смотреть на еврея?» «Закройте дверь. Я скажу вам всю правду. Я родился в бедной еврейской семье и
учился на медные деньги».

О евреях у ИльФа не так уж и много. «Повелитель евреев» — самый первый рассказ, написанный им в 1924 году. Юноша, едущий из Москвы в Одессу к любимой, молчалив. И молчание его пугает спутников. «Он чекист. Но он не знает языка», — решают они. И надо ли говорить, какой перечень его деяний обсуждается попутчиками. Но тут звучит роковая фраза — «евреи, кажется,
будет дождь». И сказана она на «языке» — на идиш. Перепуганные евреи всячески угождают «молодому чекисту». Один из них сутки напролет читает ему Тору. Надо ли говорить, что именно этот старик оказывается отцом его возлюбленной?

Второй рассказ — «Блудный сын возвращается домой»: «Иногда мне снится, что я сын раввина... Такого отца надо презирать, но я чувствую, что люблю его. Мне надо отмежеваться от него, но я не могу. Нет, не будет крупного разговора. Я слишком люблю своего отца... Сон кончается... Как хорошо быть любящим сыном, как приятно любить отца, если он пролетарий умственного труда, а не раввин».

Неудивительно, что «Повелитель евреев» впервые увидел свет в начале 1990-х, а «Блудный сын возвращается домой», после публикации в «Огоньке» в 1930 «потерялся» до 1989 года.

О еврейском вопросе есть и в «Золотом теленке»:

— Как же может не быть еврейского вопроса? — удивился Хирам.
— Нету. Не существует.
— Но ведь в России есть евреи? — сказал он осторожно.
— Есть, — ответил Паламидов.
— Значит, есть вопрос.
— Нет. Евреи есть, а вопроса нету.

К счастью, соавторы не дожили до 1949, до времен, когда эта фраза звучала горькой насмешкой, а книги их были объявлены «космополитичными и не нужными нашему читателю».

Впрочем, в том же «Золотом теленке» история Вечного жида, рассказанная Вендором:

— Жид? — спросил атаман с веселым удивлением.
— Жид, — ответил скиталец.
— А вот поставьте его к стенке, — ласково сказал куренной.
— Но ведь я же Вечный! — закричал старик. Две тысячи лет он нетерпеливо ждал смерти, а сейчас еще вдруг захотелось жить.
— Молчи, жидовская морда! — радостно закричал атаман. — Рубай его, хлопцы-молодцы!
И Вечного странника не стало...

Ильфу и Петрову везло. Их мало прорабатывали, с трудом, но печатали. Они очень часто ездили за границу — Италия, Греция, Австрия, Франция, Польша, США, Мексика. Ну, не попали на Кубу и в Англию. Зато привезли автомобиль — один на двоих.

«Надо портить себе удовольствие, — говорил старый ребе. Нельзя жить так хорошо». (Из записной книжки Ильи Ильфа)

Из поездки в США Ильф вернулся смертельно больным. Его жена вспоминала: «Когда они уезжали, на перроне мы поцеловались последний раз». Ильф боялсязаразить жену, лишний раз подойти ближе к дочери. Ироничный, молчаливый, удивительно тонкий и честный человек умирал. В тяжелое время «непуганых идиотов». Умирал, не подписав ни одного призыва «уничтожить, стрелять,
сажать».

О романах Ильфа и Петрова знают все, кто умеет читать. О записных книжках Ильфа (первое полное издание вышло в 2000 году усилиями дочери, Александры Ильиничны), — те, кто очень любит Ильфа. О том, что он был страстным фотографом, вполне профессиональным, знают и того меньше. Лишь одна книга, «Одноэтажная Америка» 1949 года издания, проиллюстрирована фотографиями Ильфа.

Но в архиве Евгения Петрова (не стоит удивляться, многие записи Ильфа были у Петрова и наоборот) есть три фотографии, а к двум даже сохранились негативы — польские евреи. Единственная подробная запись у Ильфа о заграничных евреях — польских хасидах — в записной книжке 1935-36 годов. В предыдущих изданиях публиковалась в сокращенном виде, не было упоминаний о встрече с
молодыми хасидами, подаренной фотографии рабби Исроэла (она сохранилась в архиве Ильфа), о посещении ешибота.

21 сентября 1935 года

«Мы не поедем в Гуру-Кальварию смотреть цадика2, потому что он из Мариенбада со всей свитой уехал в Палестину. Но есть предложение посмотреть ешибот в самой Варшаве».

22 сентября 1935 года

«Могила цадика из Варки под Варшавой. Рабби Исроэль3, умер 60 лет назад.

...у доктора нас уже ждали два молодых хасида в сюртуках пиджачного сукна в белых воротничках и узко повязанных галстуках... Хасиды сразу подарили фотографию цадика из Бобова4 и вообще выразили желание служить чем могут.

Поехали на еврейское кладбище. Большая толпа и беспрерывно подъезжают извозчики с еврейскими семействами — одесскими, киевскими и, пожалуй, даже нью-йоркского типа полнотелыми дамами. У входа меня схватили за руку и не пускали. Оказалось, что я без шляпы. Выручил один из хасидов, давший мне свою запасную крохотную ермолочку. В таком виде меня пустили. Мы направились к могиле цадика Исроэля, святого человека, умершего 60 лет назад. Оживленные веселые толпы на кладбище и среди них искаженные плачем лица. Темная каменная камора, где находится гроб цадика, освещена керосиновыми лампами. На гробе ящики с песком, куда воткнуты свечи. В трех громадных ящиках лежат тысячи записок с желаниями молящихся. И такой стоит плач, такие стенания, что
делается страшно. Вообще тут умеют поплакать. Зрелище удивительное и потрясающее.

Потом поехали на Островскую и Волынскую улицы. Здесь уж совсем беднота, о которой и не подозреваешь, гуляя по Саксонскому саду. Хедер на Волынской, дети на мостовой играют во что-то абсолютно неинтересное. Крахмальная улица — Молдаванка Варшавы5. Здесь можно зайти в любую квартиру любого дома и предложить краденые вещи — купят. Улица узкая, с выступами, с жалким базаром обочины тротуара. Кабачок Годеля, где варшавские Бени Крики (дикие красные с синим сорочки, зеленые брюки и оранжевые ботинки) производят «Дин-Тойру» суд бандитов над бандитами, совершившими «неэтичные», с точки зрения Крахмальной улицы, поступки.

После этого был сделан визит в ешибот на Желязной улице, 57. Он содержится на средства цадика из Гуры-Кальварии. Домик во дворе. В первом и единственном этаже сидят ешиботники. Пейсы неслыханной величины, книги громаднейшего размера. Один спал, положив голову на книгу, так и спал все время, что мы здесь были. Другой, в сапогах, перелез через стол и занял свое место.
Библиотека с множеством книг. Средневековье настолько настоящее, что смотришь на все это печально вылупив глаза. Здесь и дети лет 15-ти, желтые и страшные, был и старик. Наши спутники, молодые хасиды, на прощанье просили прислать газету, где о них будет написано».6


1 И.А. Ильф.
2 Рабби Авраам Мордехай Алтер (1866-1948).
3 На самом деле, в Варке не было цадика по имени Исроэль. Там был рабби Ицхак, умерший не за 60, а за 90 лет до описываемых событий. За 60 же лет до приезда Ильфа в Ворке умер рабби Менахем-Мендл.
4 Рабби Бенцион Галберштам (1874-1941), «Бобовер ребе» — потомок основателя Любавичского хасидизма Алтер ребе.
5 Подробное описание Крахмальной улицы и ее нравов можно найти у Ицхака Башевиса-Зингера в романе «В суде моего отца».
6 От ред. Эти строчки написал о своем народе Илья Арнольдович Ильф. Такими видел «средневековых» евреев человек «светлого будущего». Только вот беда — Ильф и Петров не смогли прислать хасидам газету, «где о них будет напечатано». «Светлое будущее» не позволило...

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №2 > Марк Аврелий, не еврей ли?
  Замечания/предложения
по работе сайта


2022-06-29 04:06:36
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Dr. NONA Всемирный клуб одесситов Еженедельник "Секрет"