БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №72 > Нам не дано предугадать...
В номере №72

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+62
Интересно, хорошо написано

Нам не дано предугадать...
Интервью вела Инна НАЙДИС

Евгений Михайлович Голубовский — известный в городе журналист и коллекционер. В его коллекции — редчайшие книги поэтов Серебряного века и работы художников, которые еще недавно были современниками, просто друзьями, но сегодня уже стали историей одесской живописной школы. За свою журналистскую жизнь Евгений Михайлович встречался со столькими замечательными людьми, что впору писать мемуары. Во Всемирном клубе одесситов Голубовский совмещает должность вице-президента с журналистской и издательской деятельностью. Художественные и фотовыставки в клубе, презентации книг, встречи с интересными людьми, гостями города не раз транслировались по одесским телеканалам. Газета «Всемирные одесские новости» выходит под редакцией Е. Голубовского, а альманах «Дерибасовская-Ришельевская» — его совместное детище с Ф. Кохрихтом и О. Губарем.

ИзменитьУбрать
(0)

Евгений Михайлович, опишите, пожалуйста, современный одесский рынок литературы, на который вы, как редактор, ходите с корзинкой или, по-набоковски, с сачком...

— Одесский рынок литературы существует. Он не мал. Другое дело — что мы далеко не все хотим брать для своих изданий. И альманах, и моя газета имеют еще и историко-краеведческий аспект: тут свой авторский актив. Если говорить о рынке, то он есть — поэты, прозаики, даже драматурги, но некоторые авторы уже без гонораров категорически отказываются печататься. Например, Валера Смирнов. Он получает большие деньги в каком-нибудь «ЭКСМО» за очередной детектив и разве что в виде благотворительности может дать нам что-нибудь для публикации.

Я считаю одной из лучших поэтесс и прозаиков Одессы Наташу Оленеву. Она печаталась у нас в альманахе в первых 10-15 номерах. А потом приняла решение (и можно уважать такое решение), что без гонорара печататься не будет. Есть люди, готовые напечататься как угодно, даже за свои деньги, а есть авторы, которые чтят свою профессию. Количество одесских авторов сегодня приближается к сотне. Называя эту цифру, я имею в виду и тех одесситов, которые живут вне Одессы, — в Москве, Австралии и так далее, огромный пласт людей, которые вышли из Одессы и Одессой живут.

По-моему, безгонорарная литература — это вообще постсоветский вариант. Потому что тогда многие не могли печататься, и когда появилась такая возможность, были рады напечататься хоть даром.

ИзменитьУбрать
(0)

— Постсоветская система действительно породила совершенно иную ситуацию: ты печатаешь книжки за свои деньги, потом сам их продаешь... Есть в Одессе журнал «Южный город», они берут любое стихотворение, скажем, за N рублей, N копеек за строчку. Пожалуйста, печатайся кто хочет, что хочет... Мы не платим, но и не печатаем всех подряд, выбираем тех, кто нам ближе. Конечно, это постыдный вариант. Но у нас два-три спонсора, денег которых хватает только на издание альманаха. Нужно найти еще двух-трех, чтобы хватало и на гонорары, но пока не получается.

Какие у вас предпочтения среди одесситов «дальнего зарубежья»?

— Есть очень хорошие писатели — начиная от Михайлика в Австралии, Жванецкого в Москве, Райхельгауза в Москве, Левитина в Москве, Ратушинской в Москве, Оли Ильницкой в Москве... Я мог бы называть и называть... Предпочтений множество. Очень люблю Риту Бальмину, которая жила в Израиле, а сейчас — в Соединенных Штатах. В Израиле — отличные поэты Петр Межурицкий, Белла Верникова... Я очень рад, что они присылают нам свои материалы.

Они готовы печататься без гонорара? Это феномен возвращения в город?

— Это и феномен возвращения в город, и желание не потерять своего читателя. Здесь у них уже наметился свой читатель. Например, Толя Гланц, очень хороший поэт, живущий в Штатах, — там у него нет своего читателя, когда же любое новое стихотворение Толи попадает сюда, его читает достаточно большое количество людей.

Почему сейчас, при наличии такого мощного «издательского» средства, как Интернет, знаменитых одесситов не прибывает? И вот эти имена, которые вы назвали, — я не уверена, что они достаточно известны.

— Это не поп-звезды, и их не «раскручивает» Интернет. Положим, Фазиля Искандера, Андрея Битова никто не знает через Интернет. Вы как-то спрашивали меня, может ли в Одессе появиться своя Дина Рубина. Ну, прежде всего, по мне, Дина Рубина — не больше, чем неплохой, скажем так, литератор, но, во всяком случае, не большой писатель. Но в Одессе, я уже называл, появились Ратушинская, Ильницкая, Оленева. Я не считаю их слабее... Другое дело — степень «раскрученности». Но Интернет здесь ни при чем. Мне вот прислали сайт одесских поэтов, печатающихся только в Интернете. Это дешевая самодеятельность, сдобренная матом и прочими «приправами». Нужна такая литература? Может, 14-16-летние девочки и плачут над такими стихами... Мне же они кажутся бессмысленными. Я рад, когда появляются авторы совершенно иного толка. Вот только что вышла первая книжечка Лады Прокопович. Нежная, умная, афористичная. Она родила ребенка и три года ходила с ребенком по городу, смотрела на все уже четырьмя глазами — своими и ребенка, и вот это двойное зрение сумела передать в прозе. И слава Б-гу, что появляются такие тонкие, чувственные и чувствительные авторы.

В прошлые времена «раскрученный» автор получал заказ от издательства. Сегодня это очень редкое явление — заказ и заранее оговоренный гонорар.

— В Одессе до революции были десятки издательств. После революции осталось одно издательство «Маяк», которое печатало только членов Союза писателей, по разнарядке: столько-то — на «украинской мове», столько-то — на русском языке, обязательно — одного еврея...

Писателям ничего не заказывали, они стояли на очереди со своими рукописями, потому что издательство было маломощное и много выпустить не могло. Того же Аркадия Львова один раз выпустили, а потом он уже печатался в Москве, потому что в Москве, в отличие от Одессы, даже в те, советские, времена было 20-30 издательств. А сегодня, наверное, — 200-300, тогда как в Одессе — 20. Тут пропорция работает, безусловно, не в пользу провинциальных городов. А Киев, который «раскрутился» больше, чем Одесса, как тогда не любил одесских литераторов, одесскую литературу, так не любит ее и сегодня.
Если бы это были коммерческие издательства, сами бы продавали свою литературу, они бы искали тех, кто лучше раскупится. И тогда бы они издавали Ефима Ярошевского, того же Смирнова... Но, поскольку они берут деньги с заказчика, им совершенно все равно, кто к ним пришел — врач Файтельберг-Бланк или, скажем, прозаик Сережа Рядченко. Им важно получить деньги, а потом пусть автор мучается со своими книжками. Им интересно работать с богатыми. А богатые — это не всегда талантливые.

Вы действительно считаете, что Ярошевского можно было бы массовыми тиражами продавать?

— Только что в Питере вышла книжка Ефима Ярошевского, все еще тиражом в 500 экземпляров, и она разойдется мгновенно.

Это «Провинциальный роман'с»?

— Да. Эта книжка очень хорошо отразила время одесско-еврейского шестидесятничества. По сути, кроме него, никто этого не сделал. И как литературный памятник времени — это любопытно для очень и очень многих. Есть, конечно, предел у каждого писателя. Наверное, тираж 5 тысяч был бы пределом для этой книги.

В Одессе рождаются литераторы, но они должны уехать для того, чтобы вернуться к нам книгами и славой. Из того, что вы сказали, у меня сложилось впечатление, что проблема — исключительно в издательствах.

— Люди рождаются в Одессе, всю жизнь в ней живут и остаются неизвестными в своем городе. В конце концов, живет в Одессе Рудик Феденев, пьесы которого ставятся по всему миру. В Одессе его когда-то ставили, но давным-давно перестали. От этого ему ни холодно, ни жарко. Деньги он получает откуда-то из других театров...

Я впервые слышу эту фамилию, это говорит о моей ограниченности, или это проблема «нераскрученности»?

— Опять-таки — это же не певица. Не нужно автору вот так раскручиваться. Живет в Одессе тот же Сережа Рядченко. Я думаю, вы тоже не читали его книг...

Нет.

— А это очень хороший прозаик. Его отец — когда-то очень известный поэт Иван Рядченко. Я хорошо отношусь к его слову. Действительно военный поэт. На пределе своих возможностей — ниже, конечно, Слуцкого, Самойлова... но все же какую-то тропку свою проложил. Сережа сделал намного больше, но Ивана Рядченко, которого печатали во всех этих советских «Огоньках» и т.д., все знали, а Сергея, который раз в два-три года издает в Одессе свою книжечку, почти никто не знает. Мы в альманахе печатаем буквально каждый его рассказ. Пару лет он не издает ничего, погряз в огромном романе и никак из него, так сказать, не выпутается. Проблема в том, что город не знает тех, кто в нем живет. Но я думаю, что город не знает и серьезных ученых, и серьезных музыкантов, и т.д., и т.д. Город знает лишь, может быть, врачей, косметичек... Это такой город.

Так было всегда?

— Я думаю, что этот город был почти всегда такой. Но сегодня он особенно такой. Слой интеллигенции стал очень тонок. Вот вы проводили сейчас фестиваль, вы видели, что одни и те же люди переходили из зала в зал, — по крайней мере, там, где я был...

Это не так. Мы прикинули по разным своим параметрам, и оказалось, что через «залы» фестиваля прошло не менее трех с половиной тысяч человек.

— Значит, людям интересно — слава Б-гу. Но не кажется ли вам, что три с половиной тысячи для миллионного города — это и есть капля в море? Узок круг, не просто узок — чрезвычайно тонок слой интеллигенции в Одессе.

Вы знаете, здесь, может быть, проблема еще и материальная. Напомню вам ситуацию, когда открывался Всемирный клуб одесситов, и Жванецкий собрал перед открытием разных людей, чтобы обсудить это мероприятие. Я тогда сказала, что 60 рублей за вход — это слишком дорого. Таким образом отсекается интеллигенция. Михал Михалыч ответил, что у людей талантливых и деньги водятся.

— Есть поговорка, в общем-то, достаточно обидно звучащая лично для меня, но, тем не менее, это поговорка: «Если ты такой умный, почему ты такой бедный?» В рыночные времена это стало особенно актуально. Много умных людей, и они, увы, умны не настолько, чтобы зарабатывать деньги, и они не становятся той частью, которая может покупать дорогие книжки, идти на концерты Башмета и т.д., и т.д. То есть слой интеллигенции, который и так чрезвычайно тонок, еще искусственно сужается: нехватка денег заставляет людей жить замкнутой жизнью, жить в себе, жить у «ящика», или у компьютера, или у книги. Покупать книги не могут, а вот в библиотеки ходят, наплыв людей в библиотеку увеличился.

А современная литература поступает в библиотеки?

— Практически нет. Если раньше был закон об обязательном экземпляре, то сегодня этого закона нет. Даже государственные издательства не присылают... Они получили деньги от автора и отдают ему весь тираж его книги. А ведь библиотека должна хранить книгу, которая когда-то кому-то понадобится.

Как складывается жизнь периодических изданий Одессы? Давайте будем нелицеприятны, всегда ведь интересно увидеть свое отражение в чьих-то глазах, а не в зеркале. Можете начать «нелицеприятствовать» с нашего журнала.

— Периодических изданий в Одессе очень мало. Если газет немного прибавилось, то журналы выходят и «лопаются». Вот, по моим сведениям, где-то до октября будет жить журнал «Пассаж». Холдинг, выпускающий «АИФ», «Комсомолку» и т.д., будет делать новый журнал, он появится где-то осенью. Но для миллионного города это, безусловно, мало. Вся штука в том, что в это надо вложить деньги, а отдача будет лишь через 5-6 лет. Мы делали журнал «Одесса» и почувствовали, что отдача постепенно-постепенно начинает приходить. Но хозяин этого журнала закрыл его. Он до сих пор не вышел «на ноль», он одновременно вел несколько видов бизнеса и из них оплачивал журнал. Сегодня все построено на «убыли» и прибыли. Так вот, «убыль» в любом журнальном деле заложена изначально, и «раскрутиться» может лишь тот журнал, брэнд которого уже настолько известен, что рекламу несут сами. И рекламы должно быть приблизительно треть!

И все-таки, критический обзор периодической литературы в городе.

— Я практически не вижу хорошего. Вот, если говорить о вашем журнале, мне кажется, что очень часто у вас замах на всемирность, а мы выходим в определенном городе, в определенное время, в определенной ситуации. Если рассказывать о том, что было в Англии в 19 веке, во Франции — в 18-м и т. д., это надергано из Интернета и неглубоко. Я считаю, что в этом городе есть десяток авторов — Миша Кордонский, Саша Розенбойм, та же Лена Каракина... — которые могли бы раз в месяц заполнять, не прибегая к Интернету, ваш журнал. Проза, которую вы иногда ставите... Эли Люксембург... в журнале, посвященном фестивалю еврейской культуры в Одессе, вдруг дать этот рассказ.

Дело в том, что фестиваль назывался «Радуга еврейской диаспоры». То есть, это стык культур. И этот рассказ очень показателен: тут и Средняя Азия, и «русские» — православные и иудеи — в Израиле...

— Да православная свадьба на территории Израиля — достаточно экзотический материал, но если бы еще об этом экзотически написать, вкусно и интересно подать... Вот та же Дина Рубина, это она умеет. В ней вообще больше журнализма, чем литературы. То, что когда-то называлось беллетристикой. Мне кажется, что еврейская литература мало известна, забыта, я имею в виду старых авторов. Нужен человек, сидящий в библиотеке, специально на это нацеленный, который в каждый номер выбирал бы кусочек...

Вопрос в том, насколько читателю интересно все время читать эту литературу. Мы время от времени, конечно, «достаем из запасников» что-нибудь — «Горьковка» и Литературный музей нам помогают.

— Читателя надо воспитывать. Читателю, может быть, интереснее читать порнографический роман. Вы же не будете это печатать. Мы в своем альманахе, почувствовав ту же тягу по некой «изюминке», даже ввели рубрику «Виагра». Вот, в 25-м номере, который сейчас выйдет, будет блестящий, с моей точки зрения, рассказ одного московского киноведа, очень и очень жесткий, почти непроходимый. Я не знаю другого издания в городе или даже за пределами его, где бы этот рассказ напечатали. Мы с Кохрихтом и Губарем посмотрели друг на друга и подумали: вот мы прочли, и с нами ничего не стало... Он настолько литературно, изящно сделан. При том, что тема, так сказать, лежащая вне литературы, вне того, что раньше называлось литературой. И, тем не менее, мы поставили его. Думаю, это, скорее, удача, чем неудача альманаха. Но бывают, конечно, и неудачи. Мы берем иногда стихи начинающих авторов: просто хочется поднять человека, показать самое начало. Иногда берем прозу и стихи у людей, которые поддерживают журнал. Это не всегда высокий уровень. Но мы живем на грешной земле. Слава Б-гу, что некоторые из них постепенно учатся писать, становятся лучше. Это по-человечески радует. Я, например, безусловно, рад, что Александр Мардань, главный спонсор нашего альманаха, от пьесы к пьесе становится глубже, серьезнее. Он мне показал подборку рецензий на его спектакли — от какого-нибудь северного города до Киева, от Израиля (там его ставит Злотников) до Америки. Здорово, действительно здорово! Вдруг оказывается, что мы «раскрутили», сами того не ведая, человека, который «пошел».

Евгений Михайлович, давайте быстро пробежимся по книжным магазинам и лоткам Одессы.

— Одесская книжная торговля — это беда из бед. Книжные магазины заполнены на три четверти Марининой, Донцовой, в лучшем случае Акуниным. В лучшем случае, потому что Акунин — профессиональный человек, психолог и, например, его последний роман «Ф. М.» сделан изящно и умно. Серьезные книги до Одессы не доходят — ни в магазины, ни на прилавки киосков. Есть 3-4 места, куда бы я советовал своим друзьям ходить — это «Остров сокровищ» в Литературном музее, маленькая лавочка в библиотеке Горького и прилавок во Всемирном клубе одесситов. В «Остров» попадают редкие серьезные книжки по литературоведению из Москвы и Питера. Таня Рыбникова специально их заказывает. В библиотеке Горького — книги из частных собраний. Можно найти старинную книжечку или просто пропущенную. У нас в клубе — то, что выходит сегодня, что имеет отношение к Одессе.

Я недавно купила у вас в клубе книжечку Марианны Гончаровой...

— Замечательная книжка, умный человек, и приятно, что именно в Одессе издали такую книгу.

«Одесский миф» часто эксплуатируется нашими, а то и чуждыми этому городу писателями. С большим или меньшим вкусом, талантом. Иногда это вызывает теплые чувства, ностальгию, а иногда — омерзение... но, в конце концов, надоедает, создается впечатление, что читаешь одну и ту же книгу. Видите ли вы другие темы, которые подсказывает наш город?

— Я думаю, что одесский миф — это животворящий миф. Создатели этого мифа, будь то Александр Дерибас или, скажем, Ильф и Петров, Бабель, думали, что этим самым вольют новые силы, новое дыхание в людей, которые здесь живут. Постепенно этот миф растиражировали, он стал менее насыщенным, подчас вызывает раздражение, особенно когда к нему подходят бесталанно и плоско. Есть ли о чем писать в Одессе? А есть ли о чем писать в Лондоне?.. Есть любовь, страсть, преступление. Писать в любом городе можно о чем угодно. «Преступление и наказание» могло совершиться не только в Петербурге, но и в Одессе. Вот если Олег Губарь написал сейчас достаточно интересную книжку «Одесские катакомбы», то это не значит, что только в Одессе могли происходить такие события: он просто использует одесские реалии.

Но все же есть магия места.

— Конечно. Каждый город (вот я прочел сейчас великолепный том о Стамбуле) имеет некое магическое воздействие на человека. Одесса — тоже. В Одессу люди едут, уже заранее улыбаясь. Это не значит, что они здесь будут все время хохотать, но они уверены, что этот город должен одарить их теплом, радостью, улыбкой... Слава Б-гу, что до сих пор в какой-то мере он это делает. Это говорит о том, что миф все-таки еще живет.

————————

Только что в Одессе прошла XI международная книжная ярмарка «Зеленая волна». Одесситы хорошо знают и ждут этого события. Для любителей книги — это редкая возможность купить книги, которые обычно на одесские книжные прилавки не попадают, причем, купить зачастую по цене «от производителя». А для издателей и книготорговцев — это возможность прорекламировать и реализовать свою продукцию, а также — приобрести полезные связи.

Четвертый раз на «Зеленой волне» проводится конкурс «Одесса на страницах книжных изданий».
В этом году жюри выдало дипломы в следующих номинациях: «книжник» — Е. Голубовскому, «периодическое издание» — альманаху «Дерибасовская-Ришельевская» (№25), «проза» — В. Барановскому, А. Бирштейну, М. Гончаровой, «публицистика» — О. Губарю, «возвращенные имена» — С. Лущику, «одессика» — А. Красножону, «художник книги» — И. Марковскому, «художественная жизнь Одессы» — Т. Максимюку, «издательская серия» — издательству «Оптимум». Еврейский общинный центр «Мигдаль» получил дипломы в 2-х номинациях: «центр издательской деятельности» — за книги, выпущенные центром «Мигдаль», и «история Одессы» — за книгу «История Холокоста в одесском регионе». Почетное звание «Библиофил года» присвоенно М. Бельскому.

Именитые и менее известные одесские авторы, издатели, библиофилы и рядовые любители книги, — чьи только лица не мелькают на ярмарке. Поистине, эта «волна» выносит на одесский берег россыпи книжных сокровищ и подпитывает грядущий прилив.


Инночка! Профессиональный журналист обязан проверять факты. В "Эксмо" я никогда не печатался, гонорар за последний детектив, как бы между прочим, написанный аж в 2000 году и изданный в московском издательстве "Омега", перекинут на нужды Оперного, а альманаху имени Кохрихта-Голубовского я ни разу не отказывал в просьбе о публикации каких-либо моих опусов. Причем, совершенно безвоздмездно, то есть даром. Женя, мягко говоря, фантазирует, когда говорит, что я ставил перед ним вопрос о гонорарах. Не было этого. Более того, год назад в одесском издательстве "Оптитмум" вышла моя книга, гонорар за которую я просил перечислить в фонд любой благотворительной организации или конкретно больным на голову. Что же до моих произведений, обильно используемых как в интернете, так и в средствах массовой информации по всему миру, то где это видано, чтобы пираты платили авторам? С пожеланием новых творческих успехов. Валерий.

инночка! профессиональный журналист обязан проверять факты.

Валерий, простите за вмешательство.
Журналист может отвечать за факты в своих аналитических статьях. (ох, как много в Одессе газетенок, где этот постулат непременим по умолчанию)

В данном же случае перед нами — интервью. То есть, передача личного мнения интервьюируемого человека.
Единственное, что обязан cоблюсти журналист — при обработке текста, не исказить смысл.

Ваша обида понятна, но давайте все-таки разделять жанры и подходы [профессиональной] журналистики.

Инночка! Профессиональный журналист обязан проверять факты. В
"Эксмо" я никогда не печатался, гонорар за последний детектив, как
бы между прочим, написанный аж в 2000 году и изданный в московском
издательстве "Омега", перекинут на нужды Оперного, а альманаху
имени Кохрихта-Голубовского я ни разу не отказывал в просьбе о
публикации каких-либо моих опусов. Причем, совершенно
безвоздмездно, то есть даром. Женя, мягко говоря, фантазирует,
когда говорит, что я ставил перед ним вопрос о гонорарах. Не было
этого. Более того, год назад в одесском издательстве "Оптитмум"
вышла моя книга, гонорар за которую я просил перечислить в фонд
любой благотворительной организации или конкретно больным на
голову.

Валера, я рада приветствовать тебя на нашем сайте! Хоть тушкой, хоть чучелом, но ты к нам забрел.
К сожалению, должна отметить, что ты страдаешь повышенной мнительностью или нетворческим прочтением текста. Речь о тебе идет в сослагательном смысле и "Эксмо" упоминается тоже "например", то есть к тебе даже не считают возможным обратиться с просьбой о бесплатной публикации.
Если же ты в следующий раз захочешь перечислить гонорар "все равно кому", то у нас есть программы для детей группы риска и для детей-инвалидов.
Ну, и сам понимаешь, что с удовольствием опубликуем в нашем журнале "самого Смирнова". Так что пишите нам.

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №72 > Нам не дано предугадать...
  Замечания/предложения
по работе сайта


2019-10-15 07:09:43
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Всемирный клуб одесситов Еженедельник "Секрет"