БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №137 > НОВОЕ УВЛЕЧЕНИЕ
В номере №137

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
0
Интересно, хорошо написано

НОВОЕ УВЛЕЧЕНИЕ
из книги «О коллекциях и коллекционерах» Алексей КОЦИЕВСКИЙ

Коллекция монет Северного Причерноморья росла довольно быстро, но все же в несколько сниженном темпе по сравнению с прошлыми годами. Это было вполне закономерно: за 15 лет я успел собрать почти все наиболее часто встречающиеся монеты, а редкости попадались (на то они и редкости) не часто, доставались нелегко. Да и местные, одесские ресурсы пополнения оказались в основном исчерпанными как мной самим, так и появившимися собратьями-конкурентами – Лущиком, Петридисом и другими.

Главным моим соперником в коллекционировании монет Северного Причерноморья был Давид Исаакович Мошнягин. Родившийся и проведший молодые годы в Одессе, здесь же начавший собирать монеты, он, как и я, выбором направления собирательства был обязан Зильберману. Обосновавшись после Великой Отечественной войны в Москве, Мошнягин поддерживал деловые и дружеские отношения с одесскими коллекционерами. В 50-х годах он довольно часто приезжал в Одессу и останавливался обычно у Зильбермана, где я с ним и познакомился.

Давид Исаакович начал собирать монеты античного Причерноморья чуть позже меня. Его довоенная коллекция монет (не знаю точно, каких) была продана, когда он был на фронте, его женой, за что он (как рассказывал мне Зильберман), демобилизовавшись, немедленно с ней развелся.

ИзменитьУбрать
(0)

В 60-х годах Мошнягин уже имел довольно большую коллекцию монет античных городов нашего Юга, и между нами началось соревнование: кто соберет лучшую коллекцию. По его почину мы в конце каждого года обменивались информацией о состоянии наших коллекций в виде небольших таблиц, в которых было указано, сколько всего в коллекции монет, как они распределяются по городам, металлу и т. п.

…Активный, четкий в делах, прекрасный организатор, очень хорошо (на любительском уровне) разбирающийся в нумизматике, умело использующий преимущества столичного местопребывания, Мошнягин добился выдающегося положения в мире коллекционеров-нумизматов. И вполне заслуженно.

Он работал на собирательском поприще, не ленясь. Писал в день, по его словам, в среднем 50 писем, при этом основное содержание отсылаемых писем записывал в особую книгу, чтобы помнить, кому и когда какой обмен или цену он предложил за интересующую его монету. Получаемую корреспонденцию – огромное количество – тщательно сортировал и хранил в упорядоченном, удобном для пользования виде. А бесконечные телефонные звонки, визиты, пересылка бандеролей с монетами! И, между прочим, работа заведующим лабораторией в каком-то НИСе Министерства связи.

…И все же собирание монет Северного Причерноморья, оставаясь моим главным коллекционерским делом, несколько мне наскучило, став в какой-то мере обязанностью. Обязывало положение держателя одной из самых крупных коллекций такого рода.

Собирание польских монет несло с собой прелесть новизны, неизведанности. И не только потому, что оно было иным направлением в коллекционировании. Античными монетами я успел уже достаточно насладиться, прочувствовал их настолько глубоко, насколько был способен, разбирался в них довольно хорошо. Дальше лежал уже путь в профессионалы, но этот путь был для меня закрыт – допуск в фонды музеев (и не только Эрмитажа) был для коллекционеров или вовсе закрыт, или крайне затруднен, чреват, даже в случае успеха, возникновением атмосферы унизительной подозрительности, вплоть до слежки. А без работы над музейными собраниями – какой же это профессионализм!

Польские монеты прельщали меня многим. Прежде всего они обещали знакомство, непосредственное общение с искусством средневековья, Возрождения, 18 века (в той, конечно, ограниченной степени, в какой оно воплощалось в монетах и медалях). Они были почти «краевым» материалом – границы Речи Посполитой проходили вблизи Южной Украины – того же Северного Причерноморья. На территории нашего края часты были находки польских монет, даже довольно больших кладов.

История Польши, исполненная величия и драматизма, а временами до обидного нелепая, тесно связанная с историей Российского государства и Украины, не могла меня, историка, не интересовать. Монеты и медали Польши в большей мере, чем многих других стран, отражали сложные перипетии ее исторического развития. Особенно это относится ко второй половине 18 века, времени окончательного упадка и гибели Речи Посполитой, когда ею правил Станислав Август Понятовский, «король-нумизмат», не только собиравший монеты, но и лично заботившийся о том, чтобы память о его правлении, всех его главных событиях (разумеется, только тех, которые его прославляли) возможно более полно была запечатлена в монетах и медалях, резать штемпели для которых приглашались лучшие, по большей части иностранные мастера.

Начиная собирать польские монеты, а потом и медали, я сразу поставил перед собой ограниченную задачу: коллекционировать в основном монеты по типам, а не по разновидностям, годам. Брать экземпляры только отличной, в крайнем случае, очень хорошей сохранности... Научный работник, понимавший значение для науки и монет плохой сохранности, даже фрагментированных, клавший в коллекцию Причерноморья монеты даже разных штемпелей, а не только разновидностей, хорошо знавший, что достижение возможно большей полноты собрания – один из главных принципов подлинного коллекционирования, я сознательно сползал на позиции презираемого мною дилетантизма, даже «пижонства», отдавая предпочтение оригинальным, редким, «пробным» и красивым монетам перед действительно бывшими в обращении. Я понимал, что две настоящие коллекции мне не «потянуть».

…Где-то в 50-х годах Мошнягин, имевший корреспондентов во всех крупных городах Советского Союза, получил из Львова известие, что там срочно продается большая коллекция польских монет и библиотека книг по польской нумизматике, принадлежавшие бывшему директору Варшавского монетного двора Борчаку. Стоимость монет и книг – кажется, десять тысяч – была настолько велика, что никто из местных собирателей и подступиться не мог.

Получив сообщение из Львова, Давид Исаако­вич тотчас полетел туда и купил наследство Борчака, понимая, что приобретает прекрасный обменный фонд. Купленную коллекцию Мошнягин не разрознял, даже пополнял при случае, дожидаясь подходящего обмена.

А наиболее подходящим обменом для него стали монеты древней Иудеи. Увлечение ими, примерно с середины 60-х годов, переросло в позднюю и необыкновенно сильную любовь, затмившую даже, казалось бы, испытанные временем пылкие чувства к монетам Северного Причерноморья. Ради удовлетворения новой страсти Мошнягин буквально был готов на все. Но монеты Иудеи, редкие вообще, в нашей стране, где никто их никогда всерьез не собирал, попадались нечасто.

Бывают, как известно, счастливые стечения обстоятельств. Завершающим элементом удачно сложившейся для меня ситуации было приобретение одесским нумизматом Лущиком подборки иудейских монет, в том числе двух серебряных, особенно ценимых собирателями Иудеи.

Лущик приобрел иудейские монеты просто потому, что они древние и редкие. Сам он тогда увлекался монетами древней Греции, к Иудее особого пристрастия не питал, но отдавать их Мошнягину, которого недолюбливал, не хотел. Зная все это, я договорился с Мош­ня­ги­ным, что, если мне удастся заполучить монеты Лущика, он даст мне в обмен кое-что из своей польской коллекции. Лущика я соблазнил красивыми греческими монетами и, получив Иудею, поехал в Москву к Мошнягину. Эпопея завершилась тем, что я увез в Одессу около двадцати «выдернутых» из коллекции Мошнягина отличных польских монет 17-18 веков.

И вот они передо мной на планшете моего монетного ящика – талеры польских королей Сигиз­мунда III, Владислава IV, Яна-Казимира. Они очень красивы, эти крупные серебряные монеты, с черной патиной в углублениях, оттеняющей сияющее серебро рельефа. Красота их иная, чем красота античных монет. В отличие от пластичных, почти скульптурных греческих и римских монет периода расцвета, они плоскостны, графичны.

Особенно хороши портреты королей. Они подчеркнуто индивидуализированы, декоративность сочетается с психологизмом. Сухощавое, удлиненное лицо Сигизмунда, аристократически горбоносое, волевое. Надменный, жесткий, может быть, даже жестокий человек. И совсем иной его сын, Владислав. Он похож на доброго сказочного короля. Полный, одутловатый (кажется, что он надул щеки), профиль передает облик добродушного, глуповатого человека. Явно не идущие ему мушкетерские усы делают его немного смешным, почти трогательным. Третий польский король из династии Ваза, Ян Казимир, болезненно некрасив. Мне видится в его взгляде растерянность, загнанность, тоска. Наверное, ничего этого на монетном портрете нет (при всей выразительности это все-таки не живописный портрет). Просто я знаю, как досталось этому монарху от украинских крестьянско-казацких войск и шведов.

Оборотная сторона, почти у всех талеров одинаковая, очень декоративна. Хорошо скомпонованный герб польско-литовского государства смотрится парадно, величественно, как и положено гербу могучей державы (или, по крайней мере, желающей казаться таковой). Но композиция перегружена дополнительными изображениями: корона, орден Золотого Руна с орденской цепью и еще кое-что. Геральдические фигуры мелочно проработаны, излишне детализированы, как, впрочем, и убранство королей. Изображение как бы разбегается, глазу утомительно, трудно на чем-нибудь одном остановиться. Да, это не благородная простота и спокойная гармония монет середины 16 века. Время начавшегося упадка в искусстве, ничего не поделаешь.

Но все это видишь и понимаешь, профильтровав непосредственное восприятие, чувства через разум, знание, устоявшееся мнение. А пока смотришь просто так — нравится, потому что великолепно, празднично, поражает воображение ювелирностью исполнения. Наверное, на это и было рассчитано, на вкусы того времени. Кроме того, талеры на внутреннем рынке почти и не участвовали в платежах, там довольствовались мелочью. Крупные серебряные монеты выполняли миссию послов в других странах, где и должны были полновесностью, высокой пробой металла и внешним видом внушить уважение к пославшей их по торговым путям державе.


Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №137 > НОВОЕ УВЛЕЧЕНИЕ
  Замечания/предложения
по работе сайта


2019-11-12 12:04:58
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: 37-21-28, 777-07-18, факс: 34-39-68.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Всемирный клуб одесситов Jewniverse - Yiddish Shtetl Еженедельник "Секрет"