БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №124 > Жутко весело
В номере №124

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
+1
Интересно, хорошо написано

Жутко весело
Ольга КСЕНДЗЮК

«Человек – это мир».
(Из «Сказки странствий»)

Как художник Александр Рабинович стал режиссером Миттой? Эту историю он рассказывает часто, потому что о фамилии почти всегда спрашивают журналисты.

Окончив Строительный институт, Саша Рабинович какое-то время работал в журналах – рисовал карикатуры, придумывал темы для художников. «Однажды, когда работал в журнале “Крокодил”, зам. главного редактора сказал мне: “Саш, пойми меня правильно, но быть Рабиновичем в “Крокодиле” – это уже слишком!” И я решил стать Миттой».

Александр Наумович объясняет, что Митта – это малоизвестная старинная еврейская фамилия, она была в его роду по материнской линии и происходит «от древнееврейского слова "мита", означающего приспособление для переноски покойников». (Мне не удалось найти более точных сведений об этом слове.) Отчего же Саша Рабинович выбрал себе столь мрачный псевдоним? Хотя – если взглянуть на семейную историю…

Мама Александра до замужества носила тоже достаточно звучную фамилию Каплан. Из его жизни она исчезла, когда ему было четыре года. Она была партийным работником и очень красивой женщиной. За ней стал ухаживать сотрудник «органов», она не только ответила отказом, но и репутацию ему испортила. В результате доноса ее отправили на Магадан на десять лет. До возвращения с фронта отца мальчик жил в детдоме. А потом старшая сестра и тетка заменяли Александру мать.

Она выжила и вернулась, но ей не разрешили жить в Москве – она поселилась на 101-м

километре, а сын туда приезжал. Через два года после возвращения мама умерла.

«Я ведь рос, не понимая драматизма всей ситуации, и то, что расти без мамы – настоящая драма, ощутил только после того, как повзрослел... Мать должна быть у человека все время, постоянно, а я отвык от нее, не знал, что она значит в жизни». (7days.ru)

В его семье «было очень много известных евреев, но почти все были расстреляны в 1937-м». (jewish.ru) Отца, как он считает, спасла профессия – он отвечал за металлопокрытия автомобилей «ЗИС», а это были машины для высших сановников.

«Когда я окончил институт, работать мне не хотелось совсем. Сталин к тому времени помер, стало ясно, что меня уже не посадят, – рассказывает Александр Наумович. – И я подумал: “Пойду-ка еще учиться”. Решил во ВГИК, на режиссера – вроде профессия хорошая, у всех на языке, а уметь ничего не надо. Довольно быстро, как-то даже незаметно, прошел все экзамены и поступил».

Чаще всего он в таком тоне и говорит о себе, о жизни, о своих достижениях – мягко, скромно, преуменьшая. Типичное для него высказывание: «Я все самое лучшее снял тогда, когда еще не знал, как это делается» (7days.ru).

«Я вырос в русской культуре и принадлежу ей. Хотя и никогда не скрывал своих еврейских корней... В моих картинах встречаются отдельные второстепенные еврейские персонажи... Когда я делал картину "Затерянный в Сибири", у меня была идея сделать главного героя евреем. Картина рассказывает о послевоенных сталинских лагерях. Продюсером был англичанин, который решил, что если главный герой будет русским, то фильм легче будет продать в Америке. Думаю, если бы я настоял на своем, "Затерянный в Сибири" вышел бы куда значительнее». (jewish.ru)

Во время учебы во ВГИКе Митта встретил не только друзей, единомышленников и будущих коллег, но и познакомился с будущей женой – театральной художницей Лилей Моисеевной Майоровой. Они вместе по сей день. (Митте недавно исполнилось 80 лет.) История эта – о красивой, модной, самостоятельной женщине и неприкаянном очкарике, который увел ее из элитарной семьи, – достаточно популярна в прессе, есть и документальный фильм «Больше, чем любовь». Так что повторяться не будем, но цитировать хочется:

«Я не столько понял, сколько ощутил, что второй такой прекрасной женщины больше не встречу, потому что ни одной, похожей на нее, не видел. Кстати, и не увидел больше».

«Лиля слыла идеологом стиляг, их королевой. Когда Валерий Тодоровский снимал фильм "Стиляги", у нее консультировался. Лиля, будучи художником, изобрела те самые платформы, считавшиеся пиком моды стиляг. ...Еще Лиля придумала прозрачный плащ из пластика – это был писк моды…»

«Расписались тихо. Мы даже никогда не носили колец. Помню, в загс пришли с друзьями из бани – поскольку цветы были большой редкостью, то приехали с двумя банными вениками. Лиля мне 50 лет напоминает об этих букетах. Теперь я каждый год на ее праздники всю квартиру цветами заставляю».

«У нее свой мир. Лиля ни разу не была у меня на съемочной площадке. Деловая женщина – я не зарабатывал столько денег, сколько она! А еще у жены жесткие правила: не терпит меня на кухне».

В их доме бывали Визбор, Высоцкий, Марина Влади, Андрей Вознесенский, Зураб Церетели.

В тот период Митта, объединившись с приятелем Алексеем Салтыковым, снимал свой дипломный фильм «Друг мой, Колька!» «Уже первый фильм молодого режиссера вызвал скандал. До него о советских пионерах снимали совсем по-другому. Митта же показал настоящее лицо советской школы – равнодушных пионервожатых и учителей, которым глубоко безразлична судьба школьников».

Дальше пошли работы, ставшие классикой советского кино и знаковыми для зрителей. Режиссер справедливо отметил, что у его фильмов долгая жизнь. В лучших своих работах он был еще и сценаристом. «Звонят, откройте дверь» (1965). «Гори, гори, моя звезда» (1969). «Точка, точка, запятая…» (1972). «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» (1976). «Экипаж» (1979).

Митта будто пробовал на вкус разные жанры, разную аудиторию, – и все ему поддавалось. «Вот “Гори, гори, моя звезда”. Там объединились и комедия, и драма, и трагедия – по тому времени это было очень свежее решение… Или взять “Экипаж”, который принято называть фильмом-катастрофой. А на самом деле ничего подобного там нет. Это четыре разных фильма – мелодрама, романтическая комедия, бытовая драма и сказка».

«Я ощущаю себя евреем, как, может быть, Вуди Аллен, как Эйнштейн. Я просто знаю: что бы ни случилось, я всегда останусь евреем. Но кем бы ты ни был, на тебя всегда накладывается культура страны, в которой ты живешь... Как Вуди Аллен сказал: моя столица – Нью-Йорк, – так и я могу сказать: моя столица – Москва». (jewish.ru)

ИзменитьУбрать
Кадр из фильма "Сказка Странствий"
(0)

О работах последнего 20-летия говорить почему-то не так интересно, хотя их немало: «Затерянный в Сибири», сериалы «Граница» и «Лебединый рай», документальные фильмы о любимых коллегах и друзьях. Сейчас Митта снимает новый художественный фильм «Шагал и Малевич». «В России снимать кино – безумие. Государство не поддерживает, Интернет ждет, чтобы ограбить. Поэтому фильм буду прокручивать в Европе…» (eg.ru)

Вернемся в 80-е. Митта снял «Сказку странствий» в 1983 г. На мой взгляд, это его главный фильм.

«Сказку…» я смотрела не в младенческом возрасте – в пятнадцать, когда особенно легко отождествляешься с юными девами в поисках счастья и влюбляешься в обаятельных романтиков-философов. Конечно, это все имело место, но фильм оставил и другие чувства – нежности, печали, восхищения, жути. Чего-то прекрасного и страшного. Дальше «Сказку» хотелось вспоминать в разные периоды жизни – и опять смотреть, очаровываться, переживать. Пронзительная музыкальная тема была крылата, трепетна, тревожна…

За 30 лет много крови утекло с теле- и киноэкранов. Много по ним пробежало и проползло разных монстров – зевая, почесываясь, похрустывая и закусывая неглавными героями (или главными, смотря по аппетиту). Я имела основания считать себя закаленной дамой, которую всякими там драконами и чумными городишками не возьмешь, видали мы, друг Горацио, и похуже. Поскольку с тех пор цивилизация сильно шагнула вперед, я решила полюбопытствовать, чего в сети говорят про «Сказку странствий». Народ, на удивление, продолжает фильм смотреть и делиться впечатлениями.

Вспоминают то же, что и я. Музыку Шнитке, разумеется. Историю хрупкой беленькой девочки Марты, которая несколько бестолково мечется по условно-средневековой сказочной стране – ищет брата Мая, украденного злыми и жадными людьми. Май умеет чуять под землей золото, только от таланта этого сильно болеет, до обморока.

Почти с самого начала поисков встречает Марта взрослого, доброго, умного и Орландо (а как же еще могут звать героя, предназначенного на роль рыцаря, – самым рыцарским именем). В этой роли обаяние Андрея Миронова было как нельзя кстати. Орландо напоминает Леонардо да Винчи – и врач он, и изобретатель, и философ, и поэт. Орландо вроде как Марте помогает (как по мне, больше мешает, ну да ладно).

После ряда приключений и совместного побега из недоступной башни – тоже почти по рыцарской традиции, – философ умирает от чумы, оплаканный Мартой и безутешными зрителями, крайне недовольными, что хэппи энда не будет. А девушка продолжает путь одна и находит-таки брата, разбогатевшего от своего чудесного дара, но сильно ожесточенного сердцем… Фильм заканчивается, прямо как в сказке – духовным перерождением Мая (вроде как душа Орландо в него вселилась, но мы-то понимаем, что это метафора).

Такая история. Сама по себе достойная внимания. Ощутив свою близость к народу, стала я смотреть хорошо знакомый фильм. Довольно быстро поняла несколько вещей.

а) Режиссер – человек безжалостный. Ну, представьте. Уже не чая выжить, вырвались вы из рук врагов, эффектно вырвались – на крыльях разума. (Я имею в виду изобретение Орландо, с помощью которого они с Мартой улетели из вышеупомянутой башни, где их намеревались похоронить заживо.) Небо, полет, свобода, весь мир под ногами, вся жизнь впереди. «Какая веселая страна!» – восклицаете вы, увидев в ночной темноте множество факелов. И приземляетесь – посреди смрадной умирающей страны. Умирающей крайне гадко и не желающей, чтобы вы оказались приятным исключением. И здесь вы теряете своего единственного друга.

б) Что было жутким в 14 лет, жутко и сейчас, несмотря на мощную прививку в виде вечно недоедающих монстров. По-моему, мало им уступает зловещая дама-Чума, придуманная сценаристами в 1982 г., когда не было даже спецэффектов и компьютерной графики.

в) Фильм насквозь полемичен. По отношению к сказкам, романтике и пафосу, к штампам и плоским дихотомиям типа добро – зло.

«Зачумленный город» в некотором смысле начинается с первого кадра. Та же ночь, те же факелы, маски, пляски, грязь, что мы увидим потом; те же гнусные лица и жарящиеся туши. Только называется праздником зимы, вот и вся разница. Марта с Маем – явные бомжи: одеты в дикие лохмотья, едят что найдут, живут в заброшенном доме. Ничуть нищета не благородна – она неприглядна.

Май говорит, что объедками питаться не хочет и чьи-то разбитые очки подарком на Новый год считать не согласен. Марта отвечает: как-нибудь перебьемся до лета, а там… А что – там? При этом она брата жалеет, не хочет пользоваться его талантом. Тут возникает недобрая мысль: а вдруг сестра неправа? Ведь не всегда богатство убивает живую душу. (Советская романтика таких сомнений не допускала.)

И если прислушаться к себе, положительная девочка начинает потихонечку раздражать, как раздражает настойчивый комариный голос совести. В один из таких моментов Орландо втолковывает Марте: «Тебе не понять, что люди могут думать по-разному. Тупая зверюшка…» Разве так бывает в сказках? У Митты бывает. Веселье и радость в любой момент могут обернуться своей противоположностью. Как воз без лошадей, которому Орландо позволил катиться под горку – куда-нибудь да вывезет, и было очень здорово, пока не упали в озеро…

Лукавый и остроумный Орландо, кстати, тоже хорош. Изобретает всемирный язык, пять способов бессмертия, упорно ищет счастье человечества, но пропитания добыть не способен. Как нормальный человек, интересуется вином, танцами и женщинами. Регулярно попадает в неприятности, исключительно по легкомыслию. Видимо, с реальностью он не совсем в ладах – например, пытается объяснить инквизиторам, что совершил великое открытие. Нашел кому рассказывать…

Отчего-то я не могу оставить иронический тон. Наверное, так проще, потому что на самом деле все это горько, больно и страшно. Таковы в любые времена предательство, одиночество, болезнь и смерть, равнодушие и невежество.

Каждый эпизод в фильме можно рассматривать, прочитывать, искать аллюзии и метафоры. Вот двое крестьян осушают болото с помощью чего-то среднего между качелями и насосом. Всю жизнь осушают, очень этим гордятся. Только вода из устройства течет обратно в болото. Этого никто не замечает – таков порядок вещей от века. Или люди, которые поселились на спине у старого огнедышащего дракона – тепло, все растет само, можно распевать и в венках ходить круглый год, – и думают, что им это сойдет с рук. А какой может быть золотой век, когда у тебя под ногами – живой дракон? Или сцена суда. Судьи шутят, обсуждают меню будущего обеда, просто выполняют свою работу: приговорить бродягу к мучительной смерти и пойти отдыхать…

В воображении мелькает: а чего бы современный режиссер вытворил с этим фильмом? Во-первых, никто бы не погиб, или наоборот – выкосило бы всех. Слишком тяжелые эпизоды перемежались бы веселыми посиделками в трактирах и амурными приключениями на природе. Главные герои непременно влюбятся друг в друга и сыграют в финале веселую свадьбу на средства братца Мая, открывшего бизнес по золотым делам… Хорошо, что это фантазия.

Нет в мире «Сказки странствий» ни белого, ни черного, ни золотого. Зло есть, но оно очень разное, и один-единственный выученный способ против него применять бессмысленно. Где-то нужны решительность и мужество, а где-то – мудрость и терпение. Нет прямой, как линейка, морали, но есть индивидуальная этика. (Из нее, в частности, вырос европейский Ренессанс.) Ведь жесткость может оказаться разрушительной, а легкомысленная любовь к жизни – спасительной. Существует то, что лично нам важно и ценно, и есть вещи, которых мы не приемлем. И есть испытания, где нам помогают достоинство и гордость – то, что один причудливый философ называл уважением к человеческому духу.


Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №124 > Жутко весело
  Замечания/предложения
по работе сайта


2021-12-02 04:33:24
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Еврейский педсовет Еженедельник "Секрет" Jerusalem Anthologia