БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №160 > «КАРТИНКИ С ВЫСТАВКИ»
В номере №160

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
0
Интересно, хорошо написано

«КАРТИНКИ С ВЫСТАВКИ»
Инна НАЙДИС

Когда царь Шауль заболел (приступы ярости сменялись депрессией), позвали к нему юношу – пастуха Давида, искусно игравшего на разных музыкальных инструментах…

ТРИ ДАВИДА

«От царя Давида до царя Давида» – таким могло быть название выставки, открывшейся в Музее истории евреев Одессы «Мигдаль-Шорашим». Но мы назвали выставку «Музыкальная Одесса», потому что старались охватить феномен одесской музыкальной жизни, выходящий за рамки гениев Давида Ойстраха (его называли «царем Давидом»), Эмиля Гилельса и Святослава Рихтера. Не уверена, что каждый десятый житель сегодняшней Одессы знает эти имена, а ведь имен в разы больше.

Начнем с еврейской музыки. Сегодня в интернете ведутся жаркие споры, на каком инструменте играл Давид – на арфе, гуслях, киноре? Вообще-то, в переводе с иврита кинор – скрипка.

Однажды меня спросили, почему скрипка считается еврейским инструментом. Наверное, потому, что скрипка лучше другого инструмента может передать страдание и духовное устремление, ответила я, добавив, что история еврейского народа наполнена и тем и другим.
Трудно представить клезмерский ансамбль без скрипки. Клезмерская музыка – музыка восточноевропейских евреев – поначалу сопровождала свадьбы (которые определили ее жанры) и впитывала музыкальные традиции других народов, в частности, румынской и украинской музыки.

С первых лет существования Одессы клезмеры играли на еврейских свадьбах, но как концертный жанр клезмерская музыка сформировалась в городе Броды, где Берл Бродер (см. МТ №159) организовал первую клезмерскую труппу – бродерзингеров. В 20-е годы 19 в. в Одессу хлынули бродские евреи, а в конце 50-х сюда пожаловал сам Берл Бродер и создал в Одессе капеллу (ансамбль) народных певцов. Вероятно, это время можно считать началом профессиональной еврейской музыки в Одессе.

Подобные процессы происходили по всей черте оседлости. Доказательство тому – Петр Соломонович Столярский, родившийся в Липовце в клезмерской семье. И Александр Яковлевич Певзнер, начинавший подрабатывать клезмером в Могилевской губернии и ставший известным на всю Одессу «Сашкой-музыкантом» из рассказа А. Куприна «Гамбринус».

Иза Кремер (Лея Креймер) (см. МТ №132), родившаяся в Бельцах, в пять лет побывала на еврейской свадьбе, возжелала петь и посвятила этому всю жизнь – пела на одесских сценах в опере, оперетте, изобрела свой жанр интимных песенок», а потом по приглашению Бялика пела на концертах Еврейского музыкального общества (образовано в 1917 г.) песни на идиш, от чего не отказалась, несмотря на антисемитские выступления, на концертах в Польше (1923) и Германии (1933).

Родившийся в Одессе Михаил Эпельбаум, певец и актер, которого называли еврейским Шаляпиным, отправился за клезмерской музыкой с этнографической экспедицией С. Ан-ского по местечкам Подолии и Волыни. В 1949 г., в ходе разгрома еврейской культуры, был арестован и приговорен к 10 годам лишения свободы (была осуждена и его жена).

И Зиновий Шульман, сын кантора Шалашной синагоги, посвятил свою жизнь собиранию и исполнению еврейских песен, и даже оперные арии исполнял на идиш. В 1948 г. на его концерте в Москве присутствовала Голда Меир. А в 1949-м он был отправлен в места отдаленные как «еврейский националист».

Если вы посетите выставку «Музыкальная Одесса», вам поставят, хорошо покрутив ручку старенького патефона, пластинку с песней «Дядя Эля» в исполнении Леонида Утесова. Эту песенку мэтр советской эстрады переделал из «народной» песни «Ребе Элемэлех». Как всякая народная, эта песня имеет автора – Моше Наддира (настоящее имя – Ицхак Райз). Подобно такой же народной песне «Ойфн припичек», автор которой (и многих других) - одессит Марк Варшавский.

Но существует и другая народная еврейская музыка – литургическая, берущая свое начало если не со времен Храма, то уж точно со времен его разрушения. Распев, на который читались тексты Торы и молитв, передавался из поколения в поколение.

Лишь в относительно недавние времена синагогальная музыка европеизировалась. В Одессе этот переход совершился усилиями еще одного Давида – регента Бродской синагоги Давида Новаковского. Кантор этой синагоги Ниссон Блюменталь экспериментировал, включая, например, в службу хор, исполнявший на немецком языке «Аллилуйя» из оратории Генделя «Мессия». Д. Новаковский писал музыку исключительно для текстов на иврите, но в стиле европейской духовной музыки. Тогда-то и потянулись в синагогу просвещенные одесские евреи (в том числе сионистские лидеры), и не только евреи – итальянские певцы и городская интеллигенция.

«В ШАТРАХ КАШТАНОВЫХ НАПРОТИВ ИЗ ОКОН МУЗЫКА ГРЕМИТ...»

Одесса, как никакой другой город в Российской империи, способствовала взаимопроникновению культур. Особенно это сказывалось в музыкальной среде. А такая среда в Одессе была, причем очень насыщенная, на протяжении более чем полутора веков.

Пожалуй, одесская музыкальная среда – это главная мысль выставки, открывшейся в нашем музее.

«Кроме Петербурга, ни в одном из наших городов это искусство не составляет собой стихии, которая бы столь резко входила в состав общественной жизни, как в Одессе», – писал профессор Ришельевского лицея К.П. Зеленецкий.

ИзменитьУбрать
Музыкальный вечер на даче графа Ланжерона. Середина 19 века
(0)

Домашнее музицирование было излюбленным занятием в домах одесской интеллигенции и аристократии. Устраивались, как сказали бы сейчас, «квартирники», где исполнялись инструментальные и вокальные произведения, своими силами, а иногда и с заезжими гастролерами. Образовывались музыкальные кружки, в различных учебных заведениях создавались хоры и оркестры. Было множество залов и летних площадок, на которых давались концерты. C 1811 г. в Городском театре воцарилась итальянская опера. Одесситы спорили о достоинствах ее солистов, как много позже это делали футбольные фанаты на Соборке.

Естественно, было немало преподавателей музыки, дававших частные уроки – одесская пресса пестрит подобными объявлениями.

В 1840 г. в Одессу приезжает чешский пианист еврейского происхождения Игнац Тедеско – 25-летний1 состоявшийся музыкант и композитор, начавший концертную карьеру в 10 лет, придворный музыкант герцога Ольденбургского, прозванный «Ганнибалом октав». Совершая гастроли по югу России, он остался в нашем городе до конца своих дней (1882), что еще раз свидетельствует об уникальной музыкальной атмосфере Одессы.

ИзменитьУбрать
Игнац Тедеско
(0)

Тедеско пишет музыку, дает концерты, открывает музыкальные классы, в 1842 г. создает Филармоническое общество. Надо ли говорить, что у него нет отбоя от учеников? Среди них и пианистка-вундеркинд Роза Кауфман (см. МТ №154). Позже Розалия Кауфман (Пастернак) стала профессором Одесского отделения Императорского русского музыкального общества (ИРМО) и одной из самых популярных концертирующих пианисток России. Среди ее друзей были Рахманинов, Скрябин, Шаляпин…

ЗОЛОТЫЕ СКРИПКИ, ЦЕПНАЯ РЕАКЦИЯ, ЦЕПИ

«Музыкальные цепочки», преемственность – еще одна линия, которая легко угадывается в экспозиции выставки. Эту линию условно можно назвать «Авраам родил Ицхака».

В прошлом номере журнала мы поместили статью о скрипаче Адольфе Бродском (1851, Таганрог – 1929, Манчестер), которого ребенком отдали на обучение концертмейстеру одесского оперного оркестра. После концерта, данного 9-летним мальчиком, одесские меценаты собрали деньги на учебу вундеркинда в Вене. (Одесские меценаты, как показывает история, еще не раз поучаствуют в судьбах гениальных музыкантов.) Великий скрипач А. Бродский в свою очередь вырастил (в буквальном и музыкальном смысле) талантливого скрипача Александра (Рувима) Фидельмана (1878, Киев – 1940, Прага). Возвратившись в Россию, Фидельман открыл вместе с братом в Одессе музыкальные классы, в 1897-1907 гг. он преподавал в Одесском музыкальном училище при ИРМО. У него учились Миша Эльман, Тоша Зайдель, Наум Блиндер, Александр Шайхет, Наум Скоморовский, Яков Магазинер (учитель Яна Френкеля), Борис Кройт, Иосиф Ройзман, Николай (Калман) Молдаван.

Наум Блиндер (1889, Евпатория – 1965, Сан-Франциско) был приглашен А. Бродским продолжить обучение под его руководством в Королевском Манчестерском колледже музыки. В 1913 г. скрипач вернулся в Россию и до 1920 г. преподавал в Одесской консерватории (среди его учеников Эдгар Ортенберг), а в 1920-27 гг. – в Московской. В 1920-е гг. он предпринял ряд гастрольных зарубежных турне и в 1928 г. эмигрировал в США, где вырастил получившего всемирное признание скрипача Айзека (Исаака) Стерна (1920, Кременец – 2001, Нью-Йорк).

Исаак Стерн писал в мемуарах: «Блиндер был моим первым настоящим учителем; фактически, он был моим единственным настоящим учителем. Я занимался с ним пять лет, пока мне не исполнилось 17 лет, и с тех пор больше ни с кем на скрипке не занимался. Блиндер был для меня особенным человеком. Его влияние на мое отношение к исполнению музыки и к музыкальной педагогике я испытываю всю жизнь».

ИзменитьУбрать
(0)

Еще одна «цепочка». В 1893 г. в Одессу приезжает выпускник Петербургской консерватории, ученик Леопольда Ауэра – Эмиль Шимон Млынарский и становится концертмейстером оркестра оперного театра и руководителем класса скрипки в ИРМО. Ученики Э. Млынарского – Лея Любошиц и Александр Житомирский. У него берет уроки и Петр Столярский, одновременно он занимается с учениками Млынарского, а потом открывает собственные курсы.

Отправившись в Варшаву руководить оперным оркестром, Млынарский приглашает концертмейстером своего одесского ученика, 14-летнего Павла Кагана, который по его совету становится Коханьским.

П. Коханьский снискал славу великого польского скрипача. Профессор Варшавской, Петроградской, Киевской консерваторий, затем он в течение 10 лет возглавлял струнный факультет Джульярдской школы. Прокофьев, Венявский, Блох, Стравинский посвящали ему свою музыку. В числе его близких друзей были А. Тосканини, В. Дамрош, В. Горовиц, С. Кусевицкий, Л. Стоковский, Я. Хейфец, Ф. Крейслер, Е. Цимбалист...

Пожалуй, пора остановиться. Лишь упомяну шуточную песенку Айры и Джорджа Гершвинов (чьи родители приехали в Америку из Одессы) «Миша, Яша, Тоша, Саша». В ней поется приблизительно следующее: «Мы все начинали пиликать на скрипочке в три года, пока не попали к Леопольду Ауэру, который научил нас играть и привел в результате в Альберт-Холл. Мы все евреи из "темной" России, но, согласитесь, за исключением Фрица [Крейслера], никто не имеет такого успеха, как Миша, Яша, Тоша, Саша».

Детские имена вундеркиндов стали их «брендом». Двое из упомянутых в песне – Миша Эльман и Тоша Зайдель – прошли одесскую скрипичную школу.

Леопольд Ауэр «принимал» в Санкт-Петербургской консерватории и отправлял на мировую сцену одесских гениев, списку которых несть конца.

А потом пришли другие времена, и вместо мощного потока талантов на мировую сцену выходили единицы, отобранные по прихоти и произволу советских правителей и чиновников от культуры.

Одна из дореволюционных заметок, помещенных в экспозиции нашей выставки, описывает отчетный концерт учеников классов Столярского. Автор всячески восхваляет молодые дарования, но сетует, что талантов слишком много и в конце публика утомилась.

Столярский выпустил из своей школы, ставшей впоследствии «имени мине», золотую обойму талантов.

Те, кто успел эмигрировать, как, например, Натан Мильштейн (1902, Одесса – 1992, Лондон), не вернувшийся (вместе с Владимиром Горовицем) в 1925 г. с гастролей, обрели мировую славу. Оставшиеся не только не получили возможности участвовать в мировом музыкальном процессе, они не состоялись в полной мере даже дома, в «тюрьме СССР». Их отправляли с концертами на периферию, не допускали к преподаванию в консерваториях, увольняли из оркестров – стирали их имена и личности из музыкальной истории. Из гениальной плеяды выпускников школы Столярского – Бориса Гольдштейна, Самуила Фурера2, Бориса Фишмана, Михаила Файнгета... – осталось лишь имя Давида Ойстраха. Они были равные среди равных, это уровень того разреженного воздуха вершин, когда сложно судить, кто лучше. Но советская власть выбирала по другим критериям – и даже не по национальным, потому что тут у нее выбора не было.

ИзменитьУбрать
Натан Мильштейн, Владимир Горовиц и Григорий Пятигорский
(0)

А в Одессе, невзирая на времена перемен или застоя, музыкальная жизнь продолжала бурлить и порождать таланты.

Взглянем на витрины музейной выставки.

КОНСЕРВАТОРИЯ

В 1913 г. музыкальное училище при ИРМО получило наконец статус консерватории. Брошюра, приуроченная к ее открытию, – один из экспонатов еврейского музея.

«…в 1915 году было подано 600 просьб о поступлении и принято 400 человек, особенно много – в фортепианные классы. Весной 1916 года состоялся первый выпуск. …Первый выпуск вокалистов подтвердил, что Одесская консерватория действительно становится “консерваторией музыки и пения”». (Н. Бондаренко, «Не угасает музыка в Одессе…») Мы еще вернемся к вокалистам.

Среди преподавателей и выпускников консерватории за годы ее существования – созвездие имен. Перечислим хотя бы тех немногих, кого вместила наша выставка.

Эмиль (Самуил) Гилельс и его учитель Берта Рейнгбальд, доведенная до самоубийства бездушием чиновников. Берта Михайловна была еницей талантливой пианистки Эсфири Александровны Чернецкой-Гешелиной.

Серафима Могилевская, Гедеон Лейзерович и их сын Женя Могилевский, получивший в 18 лет приз из рук королевы Елизаветы. Фамилия Могилевских хорошо была известна в дореволюционной Одессе. Родоначальники династии – три брата: Александр, Давид и Леонид Могилевские. Самый известный из них – Александр – скрипач, успел уехать. Давид – виолончелист, Леонид основал одесский филармонический оркестр, был замечательным дирижером трубачом.

Пианисты Яков Зак, Людмила Гинзбург, Виктор Фрейдман и Надежда Журавская… Известный режиссер музыкальной комедии Юлий Гриншпун.

Композитор-песенник Оскар Фельцман. Блистательный Эрнест Штейнберг – пианист, композитор, преподаватель, автор, участник и герой веселых одесских капустников.

Композитор Иосиф Дорфман, включавший в свою музыку еврейские напевы.

ОПЕРНЫЕ

Найти евреев в Одесском оперном театре оказалось сложной задачей. Сколько я ни перелистывала подборку периодики (газеты «Меломан», «Театр», «Сцена и музыка», «Музыкальная жизнь») за 1903-1919 гг. в ОГНБ, набрести на явно еврейские фамилии не удавалось. До 1920-х гг. в Городском театре постоянной труппы как таковой не было. Театр работал по принципу антрепризы: сдавался на год-два в аренду антрепренеру, который и определял репертуар, причем это были не только оперы или балеты.

Сотрудник библиотеки Ольга Барковская в ответ на мои сетования поделилась семейной историей – ее дед, финн по национальности, в довоенные годы заведовал цехами в Оперном, и для того, чтобы общаться со служащими, ему пришлось выучить идиш. Ольга Михайловна выложила передо мной три увесистые книги Валентина Максименко о музыкальной жизни Одессы. Начав их просматривать, я поняла, что вряд ли таким способом отыщу ужные имена: артисты часто брали псевдонимы – для звучности, а евреи – еще и чтобы скрыть национальность (особенно в советское время). Правда, в рекламных буклетах Оперного театра за 1929-30 и 1932 гг. состав оркестра сплошь пестрит еврейскими фамилиями, но я искала вокалистов.

Пришлось звонить Максименко, и Валентин Семенович любезно выдал «явки и пароли»: баритон Павел Борисов (Вайснбейн Пинхас Борухович; 1850, Одесса – 1904, Одесса); тенор Арнольд Азрикан (1906, Одесса – 1976, Москва), прославившийся партией Отелло и тем, что в 1933 г. был арестован за отказ продолжать спектакль (советская опера «Разлом») на неотапливаемой сцене Хабаровского музыкального театра.

ИзменитьУбрать
Арнольд Азрикан в роли Отелло
(0)

В 1920-21 гг. в Одесской консерватории училась Бронислава Златогорова (Гольдберг;1905, Александровка,Киевская губерния – 1995, Москва), в будущем солистка (контральто)Большого театра.

Еврейская энциклопедия подсказала еще два имени. Баритон Иоахим Тартаков родился в Одессе и в 1881 г. с большим успехом дебютировал на одесской оперной сцене, после пел в Мариинском театре. В Одессе же обучался оперный бас Лев Сибиряков (Лейб Спивак), который женился на дочери А.И. Сибирякова (оперный тенор, антрепренер, построил собственный театр – ныне Украинский драматический). Его пригласили в Мариинский театр, но чтобы стать актером императорской сцены, он крестился и взял девичью фамилию жены.

Еще Валентин Семенович сообщил, что П. Столярский 19 лет играл в группе вторых скрипок в оперном оркестре. Дирижерами в разное время были Ефим Исаакович Русинов, Борис Ефимович Грузин, Давид Иосифович Сипитинер, 58 лет отдавший одесскому Оперному (дирижерская палочка и ноты с его пометками представлены на музейной выставке).

Полагаю, что евреев на одесской оперной сцене было гораздо больше, но их псевдонимы остались нераскрытыми. Да и время стирает имена. Еще не так давно в нашем Оперном пела Ася Арье, на нее специально ходили в оперу. Потом она уехала в Израиль, о ней как о педагоге с благодарностью говорит израильская певица (сопрано) Мария Иоффе. В 1993 г. Ася Арье приезжала в Одессу на Международный фестиваль еврейской музыки.

ОДЕССА НЕ ТЕРПИТ ПУСТОТ

В нескольких витринах выставки красуются живописно оформленные нотные издания (из фонда еврейского музея и коллекций Е. Красновой и А. Дроздовского, М. Пойзнера, Н. Лебедевой). Еврейская музыка, классика, одесские песни, марши и вальсы Макса Кюсса, Исаака и Льва Чернецких – то, что играли и пели одесситы.

Только услышав на «Ночи в еврейском музее» звуки оркестра одесской полиции, я поняла, что со времени отмены военных парадов эти марши и вальсы ушли из нашей жизни. Правда, на День Победы их еще можно услышать. А в этом году 9-10 апреля в Одессе даже проводился международный фестиваль духовых оркестров.

А раньше… «В основном музыкой были известные концертные вальсы, опереточная музыка, марши, танго, танцы типа краковяк и все последнее, что играли в садах и на граммофонных пластинках, – пишет Ю.Олеша. – В садах играли военные духовые оркестры. Они играли в так называемых ротондах – в деревянных полукруглых помещениях, с одной стороны открытых, как бы в половине барабана. Это называлось также и раковиной».

Олеше вторит В. Катаев: «В Александровском парке играл военный духовой оркестр под управлением известного Чернецкого. На Николаевском бульваре между памятником Дюку де Ришелье и павильоном фуникулера играл другой оркестр, которым дирижировал еще более знаменитый маэстро Давингоф, сидя верхом на кобыле...» Л. Утесов вспоминает, что около памятника Дюку играли по очереди три оркестра – духовой, итальянский и румынский: «Прекрасны были и отважные военные марши, и рыдающие румынские скрипки, и огненные неаполитанские песни».

Еще один экспонат выставки – заметка в румынской газете времен оккупации. Автор печется о сохранности роялей, которыми любили «украшать» свои квартиры «жиды». Теперь, после их ликвидации, население, занявшее опустевшие квартиры, может испортить ценные рояли.

Румыны вывезли из Одессы около 2000 роялей.

В 1941 г. сгорел рояль Эсфири Чернецкой- Гешелиной, привезенный ею из Петербурга и связанный, по семейному преданию, с Сергеем Рахманиновым – то ли подаренный им, то ли он играл на нем. С.А. Гешелин вспоминает: Среди семей- ных реликвий, оставшихся у отца после смерти первой жены, хранились ноты с дарственными надписями композитора. И рояль, и ноты сгорели в 1941 году.

Именно здесь, в этом доме, на этом рояле проходили постоянные занятия мальчика Гилельса под руководством Берты Михайловны. Они подолгу работали, репетируя перед выступлениями Эмиля…
Изредка дома устраивались музыкальные вечера. Приходил профессор Александр Маркович Сигал, известный терапевт-кардиолог, отличный знаток музыки, дирижировавий спектаклями в оперном театре (теперь это выглядит неправдоподобно!); профессор Федор Маркович Чудновский, хорошо игравший на скрипке. Мой отец, профессор Одесского медицинского института, играл на виолончели, мать – на рояле…»

Как видно из этих воспоминаний, музыкальная среда в Одессе оставалась насыщенной и после революции.
Говорят, музыка не нуждается в переводе. Но она нуждается в «переводчиках», которые создают аудиторию.
Перелистывая газеты начала века, я не раз встречала музыкальные рецензии, в которых подробно описывались нюансы игры или пения заезжих или местных знаменитостей и даже учениковшкол и консерватории. Раз были статьи, значит, были и читатели, прекрасно разбиравшиеся в оттенках исполнительского мастерства. Говоря о музыкантах, мы, как правило, забываем, что есть еще одна категория музыкантов, «пассивных », – искушенные слушатели. Сегодня вряд ли у таких статей найдутся читатели в непрофессиональной среде. Все чаще в рекламных анонсах можно прочесть – «самый быстрый скрипач (или пианист)», будто музыка – это род спортивных состязаний.
Пожалуй, последние профессиональные рецензии, интервью и воспоминания об одесских концертах и музыкантах были опубликованы в 1980-х Марком Найдорфом, сегодня их можно прочесть в его блоге подназванием«Классическая музыка в Одессе 1980-х».
Значит ли это, что золотой век одесской классической музыки закончился?
В этом году, с 1 по 9 июня, проходил 5-й фестиваль Odessa Сlassics, организатор которого – ученик С. Могилевской Алексей Ботвинов.
А с 1 по 6 октября состоится 5-й фестиваль «Золотые скрипки Одессы». Инициатор и организатор – скрипач из гнезда школы Столярского Игорь Покровский, ныне известный журналист. Именно ему пришла идея вернуть дессе ее «золотые скрипки»». Идея, которая собирает на одесских сценах разъехавшихся и получивших мировую известность выпускников школы Столярского и одесской консерватории, их детей-скрипачей и новое поколение одесских талантов.
И благодарные одесситы наполняют залы…

PS. Наш небольшой музей не в состоянии разместить в экспозиции всю уникальную музыкальную историю Одессы. Мне кажется, что в городе должен быть отдельный музей – с хорошей аппаратурой для музыкальных «экспонатов».


1Все интернет-источники, начиная с Еврейской энциклопедии, указывают годом рождения И. Тедеско 1817, однако на сайте geni.com приводится копия страницы раввинской метрической книги с записью о рождении 3 февраля 1815 г. у Саломона и Эстер Тедеско (фамилия восходит к Цидкияги) сына Игнаца.
2Недавно М. Белогородская передала в Еврейский музей семейный архив с предметами и фотографиями, принадлежавшими ее дядям Леониду и Самуилу Фурерам

Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №160 > «КАРТИНКИ С ВЫСТАВКИ»
  Замечания/предложения
по работе сайта


2020-04-06 08:38:41
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Dr. NONA Jerusalem Anthologia Еврейский педсовет