БС"Д
Войти
Чтобы войти, сначала зарегистрируйтесь.
Главная > Мигдаль Times > №160 > МУЗЫКА ХРАМА И СИНАГОГИ
В номере №160

Чтобы ставить отрицательные оценки, нужно зарегистрироваться
0
Интересно, хорошо написано

МУЗЫКА ХРАМА И СИНАГОГИ
Борис ОЛЕНЕВ

Музыка играла важную роль в иудаизме практически с самого рождения еврейского народа.

Тора, описывая подготовку к служению в переносном Святилище, пишет о левитах: «От тридцатилетнего и до пятидесятилетнего будут отправлять службу служебную и службу носильную при Шатре собрания» (Бемидбар, 4:47). Раши объясняет слова «службу служебную» так: «Это пение с игрой на кимвалах и арфах, которое является служением при другом служении», то есть, при жертвоприношениях.

Когда на смену переносному Святилищу пришел постоянный Храм в Иерусалиме, левиты продолжили там свое пение и игру на музыкальных инструментах. Музыка звучала не для развлечения приходящих, не была и, говоря современным языком, фоновой музыкой, но – частью Храмового служения. Например, если совершающий жертвоприношение думал о чем-то постороннем, то жертвоприношение оказывалось непригодным. Руководители оркестра и хора левитов должны были выбрать музыку и пение, призванные «настроить» мысли жертвующего на нужный лад. То есть, было очевидно, что музыка может воздействовать на уровни души!

В Псалмах Давида упоминаются некоторые виды музыкальных инструментов того времени, а комментаторы разъясняют, что они собой представляли: нехилот (от слова «нахиль» – «пчелиный рой») – духовой инструмент, звук которого напоминает жужжание пчел; шминит – восьмиструнная арфа; шошан («лилия») – инструмент, по форме напоминающий цветок.

После разрушения Иерусалимского Храма молитвы стали заменой жертвоприношений, еврейская ритуальная жизнь переместилась в синагоги, и там зародилась синагогальная музыка.

Еще в древности возник и выработался особый вид литургического речитатива для публичного чтения Писания – чтение с протяжно-распевной декламацией, мелодика и ритмика которой всецело подчинены смысловому значению и структуре текста. Впоследствии такую манеру чтения нараспев стали называть кантилляцией. В середине первого тысячелетия новой эры еврейские мудрецы разработали систему знаков для ее записи – некий прообраз нотной грамоты.

Во второй половине первого тысячелетия получил распространение музыкально-поэтический жанр, названный пиютом и представляющий собой чаще всего гимн религиозного характера. Некоторые пиюты того времени исполняются в синагогах и сегодня – особенно в праздники Рош ѓа-Шана и Йом Кипур.

На рубеже 8-9 вв. в синагогах появилась должность хазана (в европейских странах его называют также кантором) – чтеца молитв, возносимых от имени всех присутствующих и всей общины. Хазан должен обладать достоинствами профессионального артиста – хорошим голосом, дикцией, сценическим обаянием. Часто обязанности хазана синагоги передавались от отца к сыну, хазан-ученик обычно женился на дочери своего учителя или на дочери коллеги. Все это привело к зарождению цеха (почти замкнутой касты) хазанов.

Система канторского пения развивалась поразному в ашкеназских и сефардских общинах. Различия сохранились по сей день, но для любой общины характерны черты такого пения – напряженная эмоциональность, пафос, богатство орнаментики, некоторая театральность интерпретации.

В музыке евреев средневековой диаспоры традиционные черты соприкасались и смешивались с местными европейскими или восточными элементами. В музыке ашкеназов новые элементы исходили от культур Центральной и Восточной Европы, а у сефардов преобладало и надолго сохранилось арабо-иберийское начало.

В эпоху Возрождения и особенно в Новое время большое влияние на синагогальное пение ашкеназов стала оказывать европейская музыка. Нередки были случаи, когда молитвы исполнялись на мотив популярных оперных арий! Подобный стиль канторской музыки оказался, естественно, востребован и в Одессе – городе европейском с самого рождения, городе, в котором театр (и оперные представления в нем) появился всего лишь через 16 лет после основания.

В середине 19 в. в общинной жизни Одессы существовало определенное противостояние двух крупнейших синагог – Главной и Бродской, деятельность которой соответствовала взглядам еврейских «просвещенцев». Практиковавшееся там сопровождение молитвы хоровым пением и органом привлекало в Бродскую синагогу все новых и новых прихожан, и другие синагоги города вынуждены были перенимать – хотя бы частично – эти нововведения, чтобы совсем не лишиться посетителей. Руководству Главной синагоги также пришлось позаботиться о качестве своих канторов, что превратило ее, наряду с Бродской, в один из центров еврейской музыкальной культуры города.

Вспомним некоторых известных одесских канторов и композиторов литургической музыки.

ИзменитьУбрать
(0)

Ниссон Блюменталь – главный кантор Бродской синагоги в 1841-1903 гг., создал хоровую школу, систематизировал синагогальные напевы. В своих сочинениях стремился к сочетанию традиций еврейской литургии с тенденциями классической музыки. Выступал со своим хором не только во время литургии, но и в светских концертах. Лишь немногие из его мелодий были зафиксированы при жизни, однако большинство было сохранено другими канторами, и некоторые из них поются до сих пор.
 
 
           
         
     
    

ИзменитьУбрать
(0)

    
Пинхас Минковский – главный кантор Бродской синагоги в 1903-22 гг. Его исполнение отличалось эмоциональностью, нередко вызывавшей слезы у слушателей. Как теоретик канторского пения он проповедовал сохранение традиционных мелодий и стиля, но требовал от хазана профессионального владения голосом и знания теории музыки.

ИзменитьУбрать
(0)

 
           
         
     
    

ИзменитьУбрать
(0)

    
Давид Новаковский – второй кантор и регент Бродской синагоги в 1869-1919 гг. Им были записаны более 3,5 тысяч разного рода музыкальных сочинений – литургий, хоралов, мелодий к Псалмам и др. Новаковский в течение 30 лет работал учителем музыки в детском приюте и преподавал гармонию и контрапункт на частных музыкальных курсах.
 
           
         
     
    

Давид-Моше Штейнберг – кантор Главной синагоги в 1910-24 гг. Некоторые синагогальные мелодии в его исполнении были записаны на грампластинки.

К сожалению, канторское пение не всегда являлось хорошим источником дохода,особенно для тех, кто не солировал, а пел в составе хора. Не случайно же в Одессе появилось специальное благотворительное «Общество вспомоществования нуждающимся канторам, хористам и регентам хоральных синагог и молитвенных домов»! Поэтому в порядке вещей для синагогальных певчих было в свободное, так сказать, от основной работы время петь в хоре одесской оперы. В городе ходила даже шутка: «Почему в Оперном театре не дают оперу по субботам и воскресеньям? Потому что в субботу половина хора поет в синагогах, а в воскресенье вторая половина – в церквях».

Некоторые одесские канторы обучались оперному пению в Италии и даже пели в опере и концертировали. Яркий пример тому – Гершон Сирота, певший поначалу в Одесской синагоге приказчиков и обучавшийся в консерватории. В дальнейшем он получил известность, выступая по всему миру с концертами канторского пения, оперных арий и еврейских песен.

В 20-е годы советская власть постепенно позакрывала большинство одесских синагог. Сохранились воспоминания о Рош ѓа-Шана в Бродской синагоге в 1920 г., это был чуть ли не последний праздник перед ее закрытием:

«С ранних утренних часов первого дня наступившего праздника тысячи людей заполнили улицу Пушкинскую, ведущую к Бродской синагоге, и даже пытались прорваться сквозь закрытые ворота внутрь. Вызвали милицию. Верьте или нет, но милиционеры на лошадях восстановили порядок и стали его поддерживать. При любом нарушении стреляли в воздух, отголоски выстрелов проникали и внутрь здания. И тот, кто в этот вечер слышал под звуки пальбы молитвы из благословенного горла Минковского в сопровождении знаменитого хора Новаковского, не забудет это до конца своих дней…»

Буквально через год после этого Давид Новаковский скончался – бедный и всеми позабытый. Пинхас Минковский в 1922-м эмигрировал в США, где через 2 года ушел из жизни. Тем из синагогальных певчих, кто не покинул страну, пришлось переквалифицироваться. Строки «в молодости пел в хоре (или «был кантором») одесской синагоги» мы находим в биографиях многих выдающихся оперных или эстрадных певцов советского периода: Соломона Хромченко, Боруха Шульмана (кантора одесской Шалашной синагоги, а потом – львовской) и его сына Зиновия, Владимира Коралли и других…

В наши дни канторское пение можно услышать в концертных залах, в интернете или – в синагогах, особенно в субботу и в дни еврейских праздников.


Добавление комментария
Поля, отмеченные * , заполнять обязательно
Подписать сообщение как


      Зарегистрироваться  Забыли пароль?
* Текст
 Показать подсказку по форматированию текста
  
Главная > Мигдаль Times > №160 > МУЗЫКА ХРАМА И СИНАГОГИ
  Замечания/предложения
по работе сайта


2022-01-19 06:52:23
// Powered by Migdal website kernel
Вебмастер живет по адресу webmaster@migdal.org.ua

Сайт создан и поддерживается Клубом Еврейского Студента
Международного Еврейского Общинного Центра «Мигдаль» .

Адрес: г. Одесса, ул. Малая Арнаутская, 46-а.
Тел.: (+38 048) 770-18-69, (+38 048) 770-18-61.

Председатель правления центра «Мигдаль»Кира Верховская .


Dr. NONA Jewniverse - Yiddish Shtetl Еженедельник "Секрет"